"Станешь взрослой, и поймешь", - говорили мне когда-то старшие, когда я не понимала, почему нужно выполнять чьи-то непонятные, нудные и просто неприятные для меня правила.
При этом даже временный отказ от правил поведения хорошей девочки не приводил ни к каким катаклизмам - солнце не падало на землю, из глубин Вселенной не прилетал метеорит, который погубил динозавров, даже завалящего наводнения, и того не было.
Наслушавшись таких премудростей, я никак не хотела становиться взрослой или, по крайней мере, мечтала, чтобы это время наступило как можно позднее.
Когда мне было десять лет, все восемнадцатилетние казались неисправимо взрослыми, когда мне самой исполнилось восемнадцать, роковой срок отодвинулся до двадцати пяти лет, а в двадцать пять я думала, что стану правильной и взрослой к сорока годам.
И вот он, сороковой день рождения, а желания становиться хорошей и правильной нет и не предвидится.
Более того, я не вижу его даже в своих ровесниках - друзьях и коллегах, которые, наоборот, только-только созревают до решения жить не по чужим шаблонам, а своим умом.
Света
Вот, например, моя подруга Света. Сколько раз она бросалась на помощь к многочисленным родственникам, которые приходились ей седьмой водой на киселе!
То ей нужно было помочь устроиться на хорошее место непутевой племяннице (и без конца слышать упреки за все "косяки", которые навлекла на свою шальную голову и на репутацию фирмы эта девушка, привыкшая к студенческим гулянкам, а не к "взрослому" труду).
То ей нужно было принять в гости совершенно незнакомую ей тетушку, которая собиралась остаться с Москве на неделю, а оказалось, что ей придется задержаться на целый месяц. Так что Светке с семьей пришлось еще больше ужаться в своей микроскопической квартирке ради чужого ей человека.
И вот Свете исполнилось сорок лет, и она словно переменилась - стала самостоятельной девочкой, которая прежде всего держит в уме свои и семейные интересы, а уже потом - чьи-то претензии и капризы.
Она не на шутку боялась, что рассорится со своей родней, но этого не произошло! "Кажется, они поняли, что я давно не ребенок", - сказала мне она, когда мы как-то сидели вечерком и обсуждали наши "взрослые" дела.
Олег
А мой сослуживец и приятель Олег был из тех безотказных сотрудников, которые всегда остаются в тени более амбициозных и "пробивных" коллег. По большому счету на его опыте, работоспособности и умении ладить с людьми держалась если не наша фирма, то наш отдел.
При этом последним, кто согласился бы признать свою незаменимую роль, был сам Олег. Более того, он считал себя последней спицей в колесе нашего общего дела, и к тому же такой, которая то и дело ломается и вылетает.
Много лет он не уходил в отпуск дольше чем на пару недель и не брал больничный, пока не начинал буквально валиться с ног. А уж потребовать давно заслуженного им повышения зарплаты и вовсе было немыслимо.
И вдруг нашего тихого товарища словно подменили, хотя это преображение совершилось не в один день. Шаг за шагом прежний сорокалетний "мальчик на побегушках" превращался в признанного всеми профессионала, зрелого и уверенного в себе мужчину. Мы уверены, что на Олега повлиял антипример одного из наших старших коллег, который оставался на подручных ролях чуть не до выхода на пенсию. А на осторожные дружеские расспросы Олег отвечал: "Я устал всем уступать и жалею, что не понял этого раньше".
А вы согласны, друзья, с тем, что в сорок лет пора начинать по-настоящему взрослую жизнь, а не подстраиваться под всех и каждого?