Сына я родила довольно поздно – по советским меркам в "старородящем" возрасте в 30 лет. Буквально с рождения он получился мучительно шебутной. Например, когда в 4 месяца начал ползать, то доползал до шкафа, упирался в него головой, но не поворачивал в другую сторону, как это делает любой таракан, а буравил, пыхтя, этот шкаф всем телом. В 11 месяцев начал бегать, спокойно ходить у него не получалось. А получалось мчаться мелкими перебежками от одного препятствия до другого. Еще в розовом возрасте до года ему нравилось, ползая, грызть ножки стульев и облизывать уличную обувь. Поэтому всю обувь мы сразу приучились запирать в туалете.
Спать мой ребенок предпочитал на верхней полке книжного стеллажа. Когда он первый раз туда забрался в двухлетнем возрасте, я полчаса исследовала всю квартиру, заглянула во все шкафы и под все кровати, даже проверила входную дверь и уже в ужасе собралась проверять запоры на окнах, как услышала тихое сопение откуда-то с потолка.
Выезжать на дачу до его более-менее сознательного возраста для меня было сущим мучением: сын ловил червячков, жучков и, вообще, все что двигается, и всю эту «снедь» засовывал в рот. Потом с 3-4-х лет начал выискивать все возможные щели в заборе и убегать с такими же сорванцами на железную дорогу, которая проходила недалеко. Короче, невозможно было мне хоть ненадолго закрыть глаза и покемарить.
Когда ему исполнилось года четыре, я пошла с ним к психиатру. Психиатр показал ему какие-то картинки, побеседовал и вынес вердикт: в пределах нормы, терпите, мамаша, все израстется.
Одно было хорошо: в 9 вечера мой сын засыпал мгновенно мертвым сном там, где находился в тот момент. Просто падал, как подрубленный, если стоял. Но в 6 утра просыпался, будто по будильнику и требовал еды. У меня до сих пор осталась привычка оставлять в холодильнике хотя бы одну тарелку с едой от ужина.
В общем, я это все пишу для того, чтобы вы поняли, какое сокровище нам досталось. Где-то уже с его школьного возраста в нашей семье бытовала шутка, что мы сына воспитываем только до спецприемника, а на дальнейшее у нас сил не хватит.
Конечно, я старалась заниматься его «развитием»: читала книжки, показывала диафильмы. Все это он предпочитал делать, повиснув вниз головой на турнике. В школе он начал учиться средне. Но для этого мне пришлось обратиться за помощью к его учительнице начальных классов, чтобы она отдельно с ним «занималась» за отдельную плату, конечно: я понимала, что такого сорванца трудно бесплатно терпеть.
Лет в восемь я стала пытаться приучать сына к чтению, потому что сама все детство запойно читала и считаю, что умение читать предполагает выработку целого комплекса навыков: это и хорошая тренировка памяти, тренировка усидчивости. Чтение дает толчок развитию фантазии. Благодаря книге перед ребенком открывается целый мир, о котором он еще почти ничего не знает. Слова, напечатанные на бумаге, преображаются в образы, и каждый читатель воображает себе своих героев.
Чтение помогает в учебе, потому что способствует улучшению грамотности, увеличению словарного запаса и развитию речи, читающему приходится самостоятельно вникать в текст, вычленять необходимое, отделяя главное от второстепенного.
И самое главное, читая, ребенок познает логику развития событий, учится понимать причинно-следственные связи и внутреннюю психологию действующих лиц. Как раз то, что сейчас многим молодым не хватает.
Но передо мной встал вопрос, как приучить читать? Ведь невозможно это сделать из-под палки. Интернета, если вы помните, тогда не было, нужных книг было не найти. Приходилось действовать по своему разумению и исходя из собственного опыта.
В свои восемь лет я зачитывалась Волковым - «Волшебник изумрудного города», «Урфин Джус и его деревянные солдаты». Но эти книги сын слушал только в моем воспроизведении, самостоятельно читать не хотел. А я хотела вызвать у сына именно самостоятельное чтение. Через год я стала предлагать ему книги, которые на меня произвели большое впечатление в детстве. Это такая приключенческая литература, которая, я надеялась, должна быть интересна мальчику: «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо» Д.Дефо, «Последний из могикан» Фенимора Купера про жизнь легендарного Чингачгука, «Остров сокровищ» Стивенсона. Но, видимо, игры на игровой приставке были более захватывающие, чем приключенческие романы. Не привилось.
Спустя какое-то время я подумала, что в этом возрасте нужно добавить романтики и стала подсовывать ему новый жанр - «романтико- приключенческий». Начала с «Золотой цепи» А.Грина. Я помнила, что где-то как раз в этом возрасте «Золотую цепь» я прочитала несколько раз, сидя на жестком стуле в библиотеке. Опять не получилось...
Решила добавить фантастики и фэнтези. Например, - Беляева «Человек-амфибия» и «Аэлиту» Алексея Толстого. Это были мои любимые подростковые романы. Опять не получилось. Я уже стала отчаиваться, решила, что приучить моего сына к чтению невозможно. Уже, каюсь, начала думать, что он мозгами не вышел.
И тут мне в руки попался роман латиноамериканца Мигеля Отера Сильвы «Когда хочется плакать, не плачу». Это оказался не обычный роман, не бытописание, а дикая смесь потока писательского сознания. Герои этого романа – три незнакомых друг с другом восемнадцатилетних шалопая, с бурлящим в их крови гормонами, родившихся в один день и в один день погибших по различным, но во всех трех случаях крайне дурацким причинам. Книга про первую любовь и переживания, и, как всегда у латиноамериканцев, читателя поражает их невероятная неистовость, совершенно зашкаливающий градус страстей. А фоном идет отсылка к древнеримским реалиям во времена гонений на христиан как в «Мастере и Маргарите», т.е. форма романа сложна и интересна. Я прочитала эту книгу запоем и стала рассказывать о ней сыну.
И тут случилось чудо… Или просто время подошло? Сын прочитал эту книгу от корки до корки. И в своем подростковом возрасте стал зачитываться латиноамериканцами: Габриэль Гарсия Маркесом «Сто лет одиночества» и даже Жоржи Амаду. Видимо, ему оказался близок этот градус страстей. Плотина, что называется, прорвалась… Я с удивлением стала наблюдать своего сына не на баскетбольной площадке, не на велосипеде, не за игровой приставкой, а тихо сидящим в углу с книгой.
В итоге, мой сын закончил турецкий лицей, где обучение велось на английском языке, победил в городской олимпиаде по истории, получил два высших образования, стал писать стихи. Сейчас в свободное от довольно ответственной работы время ведет на Ю-тубе музыкальный блог.
Я до сих пор теряюсь в догадках: это мой «титанический» труд принес свои плоды, или просто его время взросления подошло? Поделитесь, пожалуйста, своим опытом.