Что получится если взять помесь библейского эпоса, щепотку античной трагедии, горсть рыцарских романов и приправить всё это латиноамериканскими мифами? Из этого жанрового калейдоскопа получиться поистине великий роман Нобелевского Лауреата Габриэля Гарсиа Маркеса под названием «Сто лет одиночества»
«Сто лет одиночества», (1967), — роман, который принёс заслуженную известность колумбийскому писателю. Являясь своеобразным феноменом литературы XX века, роман нашёл себе место в сердцах как интеллектуалов, так и простых рабочих Колумбии. Встретившись с абсолютным одобрением критиков и простых читателей роман разошёлся по всему миру тиражом более 30 миллионов экземпляров на 35 языках.
Именно этот роман стал отправной точкой повальной моды на литературу Латинской Америки. Но что же в этом романе такого, что нашло безоговорочно одобрительные отголоски в читательских головах? Чтобы разобраться в этом вопросе эта статья попробует изучить роман более скрупулёзно.
Книга была написана за восемнадцать месяцев безостановочной работы автора в жанре магического реализма. Магический реализм, (мистический реализм), — художественный метод введённый в искусство немецким критиком Францем Рохом. Магический реализм как жанр литературы возникает в XX веке, и в его основе лежит гибрид реалистичности повествования сюжета с магическими и мистическими элементами описанной истории. Полюбившийся разностатусному литературному потребителю жанр принял форму достаточно большого распространения занеся роман «Сто лет одиночества» в свои золотые примеры.
Жанр магического реализма нашёл душевную слабость в культуре XX века в виде потребности в возвращении к истокам человеческой культуры, к этническим мифам, языкам предков и притчам народа своего культурного наследия. Магический реализм являлся своеобразным протестом человеческой души на бушующую общемировую индустриализацию.
«Сто лет одиночества» написан простым языком с нотками отстранённости таким образом способный на будничное повествование как о мифических, так и о реальных событиях в истории города Макондо, находящегося где-то в глубинах Латинской Америки. Прародителями, положившими начало этому городу, является семья Буэндиа история которых будет закончена одновременно с городом. Сам род Буэндиа, город Макондо и всё происходящее в нём, начиная с его истоков заканчивая неумолимым увяданием, является сборником событий и страстей бушующих в истории всей Латинской Америки. Связующую нить с реальными событиями можно проследить во многих сюжетных витках книги, например, расстрел рабочих на банановой плантации военными.
Подход Габриэля Маркеса к написанию романа поистине завораживает ведь в повествовании характеры и судьбы даже второстепенных героев подробно описана и тем самым не ложиться безынтересным грузом на читателя, наоборот некоторое отстранение от главной черты повествования равносильно увлекает в разношёрстный мир второстепенных сюжетных линий.
Особенность черты магического реализма, это цикличность времени и постоянная игра с ним, которую мы можем заметить в романе в виде имён героев, (детей называют в честь родителей), беспрерывное выпадение осадков на протяжении нескольких лет и последовательной сменой эпох. Взяв за шаблон мировое мифическое повествование, (Египет, Греция и др.), история славного города Макондо, как принято мифам народностей, заканчивается всеобщей катастрофой, положившей конец истории романа.
Являясь активными участниками в жизни и судьбе своего родного города, семейство Буэндиа всё равно остаётся отстранёнными от реального мира и мир, как яркий калейдоскоп проноситься мимо глаз будто бы не увлекая их.
Своим романом Габриэль Гарсиа Маркес хотел подчеркнуть одиночество современного человека, что является повальной проблемой современности с каждым годом становясь всё острее углом. По Маркесу: «…одиночество – это всеобщее свойство человеческой натуры».
Развитие технологий разрушает человеческую социальность загоняя ее в рамки компактных коробок, где нет места душевному порыву. Современная индустриализация в попытках отрезвить общество ещё больше его инфантилизирует получая в побочность обиженных и замкнутых детей в телах взрослых мужчин и женщин, и за каждой серьёзностью, серостью повседневного лица скрывается не утешенный, недолюбленный ребёнок.