В разгар Первой мировой войны, в марте 1915 года по обвинению в шпионаже в пользу Германии был казнен контрразведчик, бывший жандармский офицер подполковник Сергей Николаевич Мясоедов.
Несмотря на слабость доказательств, военный суд приговорил 31 марта 1915 года Мясоедова к смертной казни. Мясоедов пытался осколками пенсне перерезать себе вены: его спасли и повесили — до получения кассационной жалобы командующим фронтом. Командующий не утвердил приговор, «ввиду разногласия судей», но дело решила резолюция верховного главнокомандующего великого князя Николая Николаевича: «Всё равно повесить!»
Кто такой Сергей Николаевич Мясоедов?
Окончил Московский кадетский корпус, в 1892 г. перешел в Отдельный корпус жандармов. Начальник Вержболовского отделения Санкт-Петербургского жандармского управления железных дорог, ротмистр.
В 1907 г. один из секретных агентов Департамента полиции написал на него донос, в котором содержались обвинения в связи с германской разведкой.
Секретная проверка МВД не дала результатов. Последовала провокация Охранного отделения, которая провалилась. На судебном расследовании Мясоедов вынужден был дать показания против офицера охранки, и, следовательно, Министерства Внутренних дел. Мясоедов вынужден был выйти в отставку.
С 1911 г. – в распоряжении Военного министра, подполковник. В 1912 г. в связи с организованной рядом думских политиков во главе с А.И. Гучковым (в контролируемых им изданиях - «Голос Москвы» и «Новое Время») травлей вынужден был выйти в отставку, получив при этом звание полковника. Эта кампания сопровождалась намеками на связь высокопоставленных чинов с австрийской разведкой и была нацелена на Военного министра В.А. Сухомлинова, якобы насаждавшего жандармский надзор и полицейский сыск в армии.
Целью кампании было смещение Сухомлинова с поста. Бездоказательность предвоенных обвинений против Мясоедова была признана судом и вслед за этим и газетами, в которых публиковались лживые измышления. В 1912 г. Мясоедов вышел в отставку. С началом Первой Мировой войны в августе 1914 г. возвращен на службу в звании подполковника, в ополчении. С 1914 г. - переводчик отделения контрразведки штаба 10-й армии, занимался организацией разведывательной деятельности за линией фронта. Командование отмечало его вклад в успешность организации войсковой разведки, а также храбрость, проявленную под огнем, когда «он показывал пример и ободрял разведчиков, действовавших против более сильного составом неприятеля».
После окружения XX-го Армейского корпуса в феврале 1915 г. и разгрома 10-й армии общественное мнение было склонно объяснять неудачи действиями шпионов. Великий Князь Николай Николаевич-младший больше не хотел брать на себя ответственность за поражение в Восточной Пруссии, как это он сделал в начале войны. Штаб Северо-Западного фронта и Ставка напрягали усилия для поиска виновных.
Дело "Мясоедова"
3 марта 1915 года по инициативе генерал-квартирмейстера Северо-Западного фронта М.Д. Бонч-Бруевича и начальника контрразведки штаба фронта Батюшина Мясоедов был арестован и обвинён в шпионаже и мародерстве.
Главной уликой были показания подпоручика Якова Павловича Колаковского, который попал в немецкий плен, а затем в декабре 1914 года явился к российскому военному агенту в Стокгольме Кандаурову и рассказал, что, находясь в плену, он предложил немцам сделаться для них шпионом. Уже в России он показал: «При отправлении меня в Россию из Берлина, лейтенант Бауермейстер советовал мне обратиться в Петрограде к отставному жандармскому подполковнику Мясоедову, у которого я могу узнать много ценных для немцев сведений».
Колаковский вспомнил о Мясоедове лишь на третьем допросе.
На допросе 21 января 1915 г., Кулаковский показал, что Мясоедов работает на немцев в течение уже 5 лет, и что его фамилию он раньше не знал и не читал в газетах. Следует отметить, что в это время его допросы вела уже не военная контрразведка, а охранное отделение. Весьма странные показания и весьма странная наивность поверившей им контрразведки и охранки – все это не может не вызвать удивления.
- Именно в 1910 г. начались дружеские отношения между Мясоедовым и Сухомлиновым;
- Дело явно конструировалось именно под скандал 1912 г., но не строго под версию Гучкова. Ведь они обвиняли Мясоедова в связях с австрийцами, и к тому же позже отказались от них. Именно поэтому допрашиваемый свидетель особо оговорился, что никогда не читал о Мясоедове;
- Именно офицеры охранки, помнившие об истории 1907 г., составляли письмо в марте 1912 г. для Министра внутренних дел А.А. Макарова, где впервые был сделан намек на возможность связи деловых партнеров Мясоедова с немецкой разведкой. Их версия тогда провалилась, а Мясоедов к тому же в 1913 гг. пытался привлечь настоящих авторов письма к суду за подлоги и клевету;
- Странно, что германская разведка, командируя Кулаковского для связи со своим ценным (с 1910 г.!) агентом, не имела понятия о том, ни где он живет, ни то, что он находится на русско-германском фронте(допрашиваемый этого не знал). Для правдоподобия потом возникла версия о том, что Кулаковский мог встретиться с Мясоедовым в ресторане, где тот часто бывал, и о том, что в России существует «целая шпионская организация».
Слухи об этом деле дошли до бывшего в то время товарища министра внутренних дел В. Ф. Джунковского, который приказал мне разыскать Колаковского и подробно его допросить. На допросе Колаковский ничего нового не показал, и сущность его рассказа была повтореньем того, о чем он заявлял первый раз в Главном штабе. Протокол допроса Колаковского был отправлен Охранным отделением в контрразведывательное отделение Главного штаба по принадлежности, и с этого момента и началось дело Мясоедова, о котором уже знал весь Петроград.
По делу Мясоедова было арестовано 19 его близких и дальних знакомых, в том числе женщин; в шпионаже обвинили даже его жену.
Из 10 привлеченных для дачи показания свидетелей на суд было вызвано только 4, остальные 6 не вызывались «за дальностью расстояния», в том числе и находивший в Петрограде основной свидетель обвинения – Кулаковский. Внятных доказательств вины по обвинениям в измене и шпионаже так и не было представлено. Вместе с тем были выдвинуты и обвинения в мародёрстве.
На квартире у Мясоедова после ареста были найдены две терракотовые статуэтки, которые, по его признанию, он подобрал в заброшенном доме в Восточной Пруссии. На допросе 28 марта он признался, что из усадьбы, которая потом была сожжена, им были взяты оленьи рога, словарь, стул и стол, а также пара портретов. Вызванный свидетелем на суд подполковник Бучинский позже заметил: «По этому второму пункту можно было бы казнить всех офицеров и солдат наших армий, входивших в пределы Пруссии и Австрии». Подсудимого признали виновным.
В ночь на 19 марта(1 апреля) Мясоедов был повешен. Казнь состоялась еще до официальной конфирмации приговора Главковерхом. Прокурор Орлов взял шашку Мясоедова на память и носил ее потом в качестве талисмана на счастье.
Жертвой этого дела стал военный министр В. А. Сухомлинов, с которым Мясоедов был хорошо знаком: он был уволен от должности военного министра, 21 марта 1916 года Сухомлинов был уволен с военной службы, в апреле исключен из членов Государственного Совета, 5 мая 1916 года он был арестован и находился в заключении в Трубецком бастионе Петропавловской крепости, пока продолжалось следствие. 24 октября 1916 года Сухомлинов был переведен под домашний арест.
«Дело Мясоедова» сыграло печальную роль в истории последнего периода существовании императорской России, способствовало дискредитации Военного министра Сухомлинова, что бросило тень на императорскую фамилию.
Если вам понравилась статья, ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал ЗДЕСЬ, чтобы не пропустить интересные рассказы об истории!