Для наших современников традиционно, ещё со времён существования Советского Союза, первый день сентября – День знаний. День начала нового учебного года, которого с нетерпением ждут малыши-первоклашки и их родители. Именно с советских времён повелось в этот день особо чтить профессию учителя, как человека, дарующего своим трудом подрастающему поколению возможность преодолеть собственное невежество, дарующего возможность выйти за горизонт, и как результат – жить в счастливом и цветущем мире. Прекрасное стремление, замечательные цели, отличный праздник! Вот только для наших предков 1 сентября имело значение полностью противоположное.
1 сентября 1827 года император Николай I (прозванный в народе Николай Палкин) подписывает рескрипт министру народного просвещения о запрете принимать крепостных крестьян в гимназии и высшие учебные заведения. С этого дня крестьянин, прежде чем обучаться чему-то более закона божьего, чтения и четырём математическим действиям, должен был выкупиться из крепостных.
Как многие уже догадались, выкупиться из крепостных было практически нереально, и если некоторой сверхмалой доле процента это даже и удавалось, то было это не чаще чем современный джекпот в лотерейном билете. Учитывая, что крестьянское сословие в те времена составляло около 90 процентов населения Российской Империи, совершенно не будет преувеличением сказать, что день принятия этого указа (рескрипта) стал днём запрета знаний в России.
Причина, побудившая властителей к принятию такого указа, достаточно простая: знания – это оружие. Разве в интересах угнетателей давать оружие угнетённым? А вот последствия этого указа – гораздо сложнее.
В первую очередь указ бил по экономике страны. Не появятся теперь уже новые Ломоносовы, способные продвигать отечественную науку и естественным результатом такой политики будет традиционное отставание во всём, начиная от сельского хозяйства и заканчивая машиностроением, да и военным делом. Десятки тысяч бездарей, детей чиновников и мелких дворян, будут просиживать штаны в самых разных ведомствах только потому, что для миллионов талантливых, одарённых и дееспособных людей будут закрыты все пути-дорожки.
Но самое главное – этот указ низводил человека до скотского состояния, до уровня безграмотной и безмолвной рабочей единицы, основной возможностью которой была возможность потерять здоровье и жизнь во благо утехи барина. Можно ли теперь осуждать бунтующих деревенских крестьян, в порыве праведного гнева сжигающих барскую усадьбу с её великолепной библиотекой? Ведь даже выучив наизусть все эти замечательные книги крестьянин не имел возможности применения полученных знаний. Так лучше пусть горит ясно, что бы не погасло.
И горели огни сжигаемых барских усадеб. Горели везде и долго, погашаемые только кровью бунтовщиков, которых не щадили царские солдаты, тоже кстати, вчерашние крестьяне. Огонь то гас, то возгорался снова до тех пор, пока не прожёг империю настолько, что в три дня рухнул колосс трёхсотлетней империи Романовых. После чего и 1 сентября стало Днём Знаний.