Жил у нас в деревне мужик. Мужик как мужик. Ростом высокий, да плечистый, и с лица хорош был. Только имя для наших мест не привычное: Мефодий. Его многочисленные бабы говорили, что все при нем, только ни одна его на себе женить не могла.
А еще говорили, что добрая половина детей да молодежи в деревне - его работа. Но да речь не об этом. Бывало, приступят мужики к нему с расспросами, почему да почему не женишься, а он то ли в шутку, то ли всерьез им отвечает, что, мол, бабушка у него ведунья была, и сказала, что только с той он счастлив будет, которую во сне на троицу увидит и она его по имени за собой позовет.
Шли годы. Мефодию уже под 40 было, а все его никакая не позвала. Уже и забывать все про его причуду стали, как в самую рань, стучится Мефодий в дверь к председателю и просит срочно лошадь дать.
- Да куда ты рань таку собрался? - спрашивает председатель
- А я и сам не знаю, - отвечает Мефодий
- Как так? - опешил председатель. - не дам лошадь в таком разе.
- Дай! - не то просит, не то требует утренний визитер. - судьба решается
- Кака судьба? - снова председатель пытает
- А така, - отвечает. - Девка приснилась и по имени позвала. Сказала, чтобы я за ней ехал.
- А куда не сказала? - смеется председатель
- Нет, - Мефодий отвечает, - поеду куда лошадь повезет.
- Ну ладно, - смягчился председатель, - скажи Макару, чтоб Читу дал, да, это - крикнул он вслед убегающему Мефодию - девка-то хоть красивая?
- Не! - крикнул тот на ходу, - страшная, как атомная Boйna...
А к ночи гудела вся деревня. Мефодий невесту привез.
Взял он у председателя кобылу-то, отпустил вожжи и пошла она куда ее кобыльи глаза глядят. Пришла в лесок, что в трех верстах от деревни и встала. Мефодий и понужал ее, и уговаривал, ни в какую. Плюнул и уснул.
Проснулся от того, что кто-то тормошит его за плечо. Вечеряло уже. Открыл глаза, а возле телеги девка стоит, вся уреванная.
- Ты че, - спрашивает, - ревешь?
- А как не реветь? Заблудилась.
- А чья и откуда? - снова спрашивает Мефодий
- Из Марьяновки, - отвечает та. - Сирота я. В людях живу.
А до той Марьяновки - полдня ходу.
- Ну садись, - говорит Мефодий, - отвезу.
Стала девка на телегу залазить, глянул ей Мефодий в лицо, и обомлел. Она, из сна его.
Он ей руку подает, чтобы подсобить, и спрашивает:
- Замуж пойдешь за меня?
- А чего не пойти, - отвечает.
В общем, привез Мефодий себе жену. Бабы со всей деревни смотреть прибегали на нее, да потом плевались ходили. Она и вправду, страшная, как атомная Boйna была, да только любил он ее без памяти и за всю жизнь ни разу налево не сходил. Прожили они вместе полвека с лишним. Душа в душу прожили и говорил Мефодий о том, что нет его на земле счастливей.
И детей-внуков, и правнуков дождались, и не называл он ее иначе, как Сонышко, а она его - Фодичкой до самой его кончины кликала.
Эту историю, много-много лет назад, рассказывал мужичок, что в нашей больнице, где я тогда регистратором работала, кочегарил. Может быть и переврала я чуток, за давностью лет, но суть осталась))