Пейзаж передо мной исчез

Пейзаж передо мной исчез.
Те, кто уже испытывал головокружение, поймут эту затуманенность зрения. Состояние, в котором видишь цвета, но не формы.
(Это опасно.)
Я не мог говорить, и мне было немного холодно. Слыша последовательные глухие звуки, думаю, что, возможно, упал.
Интуиция уже подсказала мне как врачу, что это не сулит ничего хорошего. Проскользнула мысль, что нужно искать спасения у кого-то кто мог находится неподалеку, но из моего рта не вырвалось ни звука.
Я знал, что на парковке офиса никого быть не должно. И даже если бы нашелся кто-то, то спасти меня уже не представилось бы возможности. Но всё же, я цеплялся за эту призрачную надежду.
"... А ..."
В последнее мгновение из меня вырвался лишь тихий звук, который нельзя было принять за слово или даже человеческий голос.
Именно так, подменяя отсутствующего доктора, который потянул спину, я, Токито Коусукэ, 37 лет, окончил свою смену, продолжающуюся три ночи подряд. Моя смерть была уже неизбежна.
«Мне не знаком этот потолок».
Он словно принадлежит другой эпохе.
Но это был потолок, которого я раньше не видел. Именно потому, что я жив, я все еще могу спокойно думать об этом незнакомом потолке, который даже я, работая в больнице, не мог распознать.
Я заметил, что мой голос был необычайно высок, что усиливало ощущение неправильности происходящего, когда я смотрел на этот деревянный потолок в японском стиле.
"Ах ах?"
Голос. Такой высокий, должно быть он женский или детский. Не было ничего, кроме чувства странности.
Мне стало немного не по себе, когда я услышал голос за пределами комнаты.
"Молодой господин, вы проснулись?"
Вакасама? Вака? Вакаса Ма? Молодой мастер?
Обернувшись в сторону этого голоса, я подметил деревянный пол и раздвижную дверь, за которой стояли две фигуры. Кроме того, моя подушка была такой твердой. Может она из дерева сделана?
«Молодой господин? ... Вы говорили во сне. Ученик доктора, Роан-сама, сказал, что худшее уже позади».
«Теперь же, возможно, он уже проснулся».
«Тогда я пойду проверю ситуацию. Прошу прощения, молодой господин».
Одна из фигур за дверью, поднялась на ноги и ушла, следом вторая открыла раздвижную дверь.
"Вы проснулись? Как вы себя чувствуете?"
Пред ним предстала женщина лет тридцати, чья одежда была выполнена в традиционном японском стиле. Вместе со своей манерой речи она словно вышла из исторической драмы.
Я слабо осознавал это, пока спал, но, когда наконец поднялся то окончательно убедился в правдивости собственных ощущений.
Мое тело было чересчур маленьким. Я превратился в маленького мальчика. Это можно понять, просто взглянув на эти пальцы. Кожа была свежей и молодой, и даже если сжать руку в кулак, я не смогу сделать это с большой силой.
"Отлично."
Отвечая на вопрос, я с подозрением оглядывал себя. По моему медицинскому мнению, боли нигде не было. Во всяком случае, моя шея немного заболела от подушки. Я не чувствовал никаких отклонений, когда клал руку под подмышку или касался лимфатических узлов подбородком. Моё тело было здорово. Никакого адамова яблока. Сколько же мне лет?
«Это хорошо. Пожалуйста, подождите немного, лорд скоро придет».
"Да."
После этого я дотронулся до своего лица и проверил длину ступней, но как бы я ни старался, все вокруг указывало на то, что я был в возрасте дошкольника. Это сон? Но всё это слишком реально. Я перевоплотился? Все эти мысли крутились в моей голове.
"Какой сегодня день?"
«Сегодня 18 июня. Молодой господин пролежал в постели три дня».
Нет нет.
"Хм, а какой год?"
«Это второй год эры Тенбун».
А когда же это Тенбун? По крайней мере, не в эпоху Хэйсэй. Я в прошлом. Это может быть период Камакура, Муромати, Сэнгоку или Эдо.
"Как звали сёгуна?"
«Я не думаю, что уже учил вас этому, но это временный главный советник Есихару Асикага».
Я не знаю, из какой эпохи Ёсихару Асикага. Хотя было ясно, что я не был в каком-то заблуждении или сне, потому что его я не помню по урокам истории. А пока, если это Асикага, то мы говорим о сёгунате Муромати. Когда это должно быть сейчас? Северный и Южный суды? Период Воюющих царств? Или это эпоха, не связанная с войной? А это где? Кто я? Это Япония, но она не похожа на Окинаву или Хоккайдо.
Пока я лихорадочно обдумывал услышанное, вдалеке послышался звук шагов. В тот момент, когда его лицо появилось передо мной, сопровождаемое тяжелой поступью, инстинкт подсказал мне, кто это был.
«Значит, ты не умер, Тоётамару. [1]»
О, это был Сайто Досан, гадюка Мино. Я сын гадюки.
[1] 豊太丸 - Это детское имя Сайто Ёсирю, перед церемонией его совершеннолетия.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод