Часть пятьдесят четвертая
1930-1932 г.г.
Дипломная работа
Дипломная работа писалась побригадно. На мою долю выпала обязанность быть бригадиром дипломников. Заботиться и выхаживать шестерых студентов, возраст которых не превышал двадцати лет, занятие не из легких. Необходимо было распределить темы, дать каждому определенное задание, проверить правильность произведенных расчетов и тщательность выполнения графических и даже художественных работ, к которым мы относили отмывку на ватмане обозначенных поверхностей рек и озер. Некачественное выполненная работа нерадивым членом бригады, вызывала у всех тревогу за диплом, а его нужно обязательно защищать.
Каждому студенту необходимо было знать не только выполненную им самим работу, но и в такой же степени любую из работ выполненную другими членами бригады. Преподаватель гонял каждого из нас по любому расчету и чертежу. На орехи доставалось больше мне как бригадиру. Спрос был вдвойне. За некоторых я краснел и пыхтел, доказывая недоказуемое.
Я очень переживал за своего Сашу Шевцова, который так был увлечен своими стихами, что забывал все на свете. К дипломным работам он относился скептически, без достаточного вдохновения и желания. Другое дело поэзия, здесь он был в своей стихии. Он мог декламировать их каждый раз меняя интонацию, то повышая свой еще юношеский не окрепший голос, то понижая его до шепота. Здесь у него был полный порядок. Многие свои стихи он сочинил там в тайге и сопках у перекатов быстрых рек и речушек Дальнего Востока. Многие десятки раз я видел его задумчивое, отрешенное лицо, искусанное в кровь комарами и другим гнусом.
В тайге слагая строки своих стихов на ходу у трубы нивелира или теодолита, его не покидала застенчивая улыбка, это значило, что Саша нашел свое искомое волшебное слово, которое он может быть искал днями. Беспросветная грусть со слезами на его серых глазах и нетерпение и раздражительность говорило о том, что у нашего Саши со стихами не все в порядке. Надо полагать, что раздражительность в эти часы увеличивалась несносными для человека условиями работы в тайге, нетерпимой жарой, отсутствием воды во фляге, нерасчетливо взятой в начале дня и непередаваемыми ежеминутными, непрекращающимися месяцами мучениями испытываемыми от комаров, мошкары, оводов и прочей летающей в тайге твари.
Поедая свою порцию горячей каши или галушек за ранним завтраком или ужином, покрытую кровососущими, мы испытывали какое-то внутреннее удовлетворение их гибелью. Не замечая с пищей проглатывали эту гадость. Особенно брезгливые, к которым я относил и Сашу, терпеливо выковыривали и выбрасывали их из алюминиевых мисок. Глядя на ту процедуру со стороны, с содроганием смотришь на людей, которые поедают пищу, не замечая насевших на нее и погибших на горячей пище насекомых. Безразличие к чистоте поедаемой пище человеком, до некоторой степени сближало его с животным. Но в условиях таежной глухомани, когда ждать просто не было времени, съедалось все.
Саша, по природе своей плотно сложенный, высокого роста и даже широкоплечий, особенной ловкостью не отличался. Он казался рыхлым увальнем с толстыми щеками, которые при быстрой ходьбе или беге часто вздрагивали, подчеркивая его полноту. Похудевший после шестимесячной командировки, отвлекаемый от совместной учебы своими стихами и поэзией, дипломные работы нашей бригады он запускал. Наверстывал упущенное время рывками и в учебе лихорадил всю бригаду.
Однако дипломные работы были защищены и нас всех комиссия по распределению разбросала по Союзе кого куда. Многих из своей бригады я не встречал и по ныне. Меня же по моей просьбе направили на постоянную работу в Хабаровск.
Продолжение следует...
ИНТЕРЕСНОЕ НА КАНАЛЕ:
Байкер 80-х. Сено вместо камеры. Часть I
Байкер 80-х. Сено вместо камеры. Часть II
Начало Воспоминаний моего деда можно прочитать здесь
Козотигр, взрыв Бархатного хребта (49)
Контрабанда на рынке Владивостока (50)
Китайские рестораны и национальная кухня (51)
Владивосток-Москва. Домой! (52)
Если Вам интересно было читать, пишите комменты и ставьте лайки!!! Буду рад видеть Вас на своем канале!!! 🎆