Где-то год назад я решил для себя, что я хочу перестать участвовать в любых спорах в социальных сетях — это довольно бессмысленное и утомительное занятие, которое к тому же держит в постоянном напряжении нервную систему и погружает тебя в какой-то мир бесконечного круглосуточного срача.
В какой-то момент начинает казаться что этот пузырь и есть вся жизнь и жизнь эта оказывается изнуряюще вязкой, а победителем всегда выходит тот у кого голос громче и времени на спор больше.
Намного интереснее, когда случающиеся в городской жизни события заставляют тебя как-то по-новому взглянуть на вещи, что-то открыть для себя, подметить маленькое открытие и порадоваться ему. И, совершенно неожиданно для меня, «Большая Глина», появившаяся на ступеньках еще не открывшегося «ГЭС-2» заставила меня немного задуматься об отвлеченных, но важных для меня вещах.
Большая часть споров, которые вываливались на меня из разных мест и от которых сложно было спрятаться сводиться к тому, похожа скульптура Фишера на большую какашку, или все-таки не похожа.
Можно ли считать ее искусством, украшает ли она набережную и вообще может ли стоять в столь прекрасной точке великого мегаполиса.
Те, кому она не нравится негодуют, волнуются о том, как так можно, как можно такое убожество налепить и еще и в таком размере, поставить на всеобщее осмотрение и назвать произведением.
Те, кому она нравится говорят, что красота в глазах смотрящего и видят в скульптуре то мыслителя Родена, то еще какой-нибудь памятник и вообще говорят что можно разыскать там самые разные образы.
И это показалось мне вдруг очень интересным.
Я стал вспоминать всякие споры про предметы искусства с моими друзьями и заметил одну деталь. Почему-то оказалось, что для всех, кто взаимодействует с предметом этого самого искусства очень важно увидев объект найти в своей голове какое-то совпадение, рамку, шаблон, в который ты можешь вставить этот объект и клик, который случается при совпадении с образом в твоей голове, эффект узнавания и является признанием того, что предмет является не просто хренью на палке, а настоящим искусством.
И это работает у большинства, даже очень образованных и эрудированных моих приятелей.
Получается, что, в зависимости от степени насмотренности люди реагируют очень похожим образом.
На первом уровне, где ты раз в два года ходишь в музей, восхищаешься картинами признанных классиков и видел копию Давида Микеланджело ты получаешь удовольствие от реалистичного и аккуратного изображения знакомого тебе объекта. Если хорошо нарисовано, значит художник владеет техникой и он молодец.
На втором, когда ты открываешь для себя Пикассо, Матисса и других - тебе начинает нравится хитроумно спрятанный образ - когда тебе нужно приложить некоторое усилие, чтобы разглядеть ребус - собака из кубиков и треугольников, море из пятнышек, танец из линий, закат из скомканной бумаги. Ты наслаждаешься найденными образами и клик узнавания происходит не сразу, так происходит не только с картинами и скульптурами, такой же эффект и со стихами — я помню, какое удовлетворение почти физиологического характера мне доставляли образы Бродского в «Частях речи» — «лающая собака вылетает из подворотни, как скомканная бумага», «и улица вдалеке сужается в букву "у", как лицо к подбородку» — помню как перечитывал много лет эти строчки и думал — как остроумно, как красиво.Потом надолго задумался, где в искусстве грань между остроумной находкой и произведением, шуткой, анекдотом, удачно подмеченной деталью и высказыванием. Так и не нашел ответа.
Третий уровень, когда ты уже заинтересовался тем, что происходит сегодня, смотрел перформансы Марины Абрамович и можешь ввязаться в спор про то почему картины Ротко такие дорогие — это этап в котором ты можешь сложить образ в голове, даже если его нет перед твоими глазами. Если художник создает только его описание. А ты достраиваешь картинку уже внутри себя, додумывая, дописывая то чего нет. Что изобразил Фишер своей глиной — что это?
На что похоже. Творение, начало, замысел, отпечаток мысли. Но все равно твои отношения с объектом построены на ожидании. Ты ждешь чего-то и получаешь это. Ты ищешь совпадений с тем что видел, знаешь, читаешь, ты ждешь этого внутреннего эффекта узнавания, чтобы положить в коробочку и подписать.
Для меня когда-то стало большим открытием то, что люди, путешествуя обычно фотографируют одни и те же объекты. Что для всех важно оказавшись в Париже сделать фотку Эйфелевой башни, Кельнского собора, зафиксировать этот объект, чтобы присвоить его и тогда почувствовать что путешествие прошло не зря.
Ты поставил галочку, почувствовал что присвоил, узнал, понял, расшифровал и обладаешь этим моментом. Это очень похожая механика, напоминающая радость от заполнения сканворда, раскрашивания по цифрам в детской тетрадке, разгадыванию ингредиентов нового блюда высокой кухни.
Слушая музыку, я тоже постоянно ищу соответствие своим ожиданиями — с одной стороны я хочу нового звучания, а с другой с тщательностью Шерлока Холмса нахожу отсылки — вот тут песня похожа на эту группу, а тут на эту, это придумали еще в шестидесятые, а это вызывает в памяти лучшие образцы соула.
И чем больше ты послушал до этого тем разнообразнее палитра узнавания, больше деталей ты можешь расслышать, а от этого получить удовольствие более красочное, более разнообразное, чувствуя как «ягоды-вспоминашки» (ярчайшая метафора из великого сериала «Южный парк») начинают размножаться в тебе со скоростью недоступной ни одному вирусу.
Весь этот год я проделываю огромную работу над собой, чтобы пытаться иногда остановить этот процесс вспоминания.
Сталкиваясь с чем-то новым не пытаться соотнести это с предыдущим опытом и это касается всего — оказываясь на свидании не думать о том как я чувствовал волнение в четырнадцать, смотреть кино не раскладывая на то из каких кусочков оно сшито, слушать музыку пытаясь не думать о том, кто и как повлиял на автора. Это упражнение оказывается для меня почти невозможным, но страшно занимательным. Отключив ожидания и эту потребность всего вокруг им соответствовать ты вдруг открываешь совершенно новый пласт эмоций и чувств, которые в тебе вызывает все на свете — от вечеринки, до разговора с человеком. От работы до развлечений.
Если отвлечься от постоянного размышления о том что собственно представляет из себя «Большая глина» и решить что она не представляет из себя вообще ничего. Это просто форма, форма в пространстве то можно смотреть на нее совершенно с другой стороны - это просто что-то у чего есть свои отношения с миром вокруг, есть внутренняя конструкция, есть своя экспрессия, есть материал, есть дыхание.
Есть вода, отражающаяся на внутренней поверхности. Читая споры в архитектурном сообществе я вижу как взрывается мозг у людей, получивших такое же как и я архитектурное образование — нам, привыкшим все разбирать до основания, видеть структуру предмета, его функцию, искать значение этой функции очень сложно не препарировать этот объект, не искать его задачу и предназначение.
Но именно в этот момент ты возвращаешь себе детскую способность просто взаимодействовать, просто смотреть, просто трогать, получая от этого большое удовольствие.
Испытывать радость отвечая на вопрос
«А что это» — «Да фиг его знает что это, просто оно мне нравится».
В детстве мы с моей учительницей Леной делали такое упражнение - берешь круг, квадрат и линию и пытаешься нарисовать их отношения. Берешь рамку — «Любовь», «Ревность», «Обида» и строишь из них отношения.
И это упражнение научило меня рассматривать мир как постоянно перетекающие друг в друга субстанции, находящиеся друг с другом в отношениях. И глядя на «Большую глину» я вижу какой-то объект из какого-то материала, который вступает в диалог с окружающим его пространством и это очень крутое чувство, не осмысливать, а просто позволять ему быть, а себе быть рядом с ним и коммуницировать на каком-то другом уровне восприятия.
Один близкий мне человек все время расстраивается, что я часто оказываюсь там где весело, но никогда не могу сконструировать веселье для него. Для этого человека веселье выглядит так — мы договорились куда мы пойдем, как это будет, кто там будет, нарядимся определенным образом и все распланируем и будет весело. Весело в таком случае означает что заложенные нами ожидания совпадут с реальностью, полностью или почти полностью.
И каждый раз этот человек ждет от меня этого и расстраивается что так не работает. Злится когда мой поход поужинать во вторник вечером вдруг оборачивается поездкой на лошадях или митингом в поддержку Людовика 16 (Почему? Зачем?).
Делает из этого вывод что я не хочу общаться с ним, что я недостаточно уважаю его, чтобы придумать как сделать весело, начинает задумываться о степени своей веселости и способности радоваться. Грустит. Переживает.
А я никак не могу объяснить что праздник — это только то, что ты можешь сделать себе сам, где бы ты не находился, для праздника надо научиться смотреть на мир как на большую игровую площадку и не поддаваться этому желанию положить все происходящее в какую-то коробочку. Просто отключить эту функцию и тогда все станет в разы интереснее.
Разбудить в себе детскую непосредственность и возможность удивляться тому как все вокруг устроено. Да, тогда ты неизбежно превращаешься в солнечного придурка с планеты добро, что мало применимо в мире текущих задач, планов и решения бытовых проблем. Но именно тогда включаются какие-то другие механизмы и ты глядя на «Большую глину» думаешь — странная хрень, но прикольная, пойду немного посижу под ней и посмотрим че будет дальше.