В конце шестидесятых годов XVII столетия придворные французского короля начали умирать при достаточно загадочных обстоятельствах. Смерть в те времена была достаточно обыденным делом, ведь профессионализм докторов зачастую определялся не столько их знаниями, сколько умением говорить красиво и умно, смутными догадками о причинах и следствиях, а также удачливостью (когда больной после разного рода манипуляций либо поправлялся, либо, хоть и умирал, но не слишком быстро), как было, например, с герцогиней Бургундской, скончавшейся от кори во цвете лет не столько от самой болезни (которую молодой и вполне здоровый организм мог в конце концов побороть), сколько от ежедневных кровопусканий и порошков, вызывающих рвоту, назначенных в качестве лечения придворными врачами.
Однако завидное постоянство, с которым королевские приближённые покидали этот мир, не могло не насторожить. К тому же на неприятные мысли наводили результаты проведённых вскрытий внезапно умерших вельмож. Было обнаружено, что их внутренние органы повреждены и приобрели несвойственный им тёмный оттенок. Всё говорило о том, что знатные особы стали жертвой отравлений.
После того, как в 1678 году от анонимных источников была получена информация о том, что и сам король может вне очереди отправиться в вечность – началось расследование, продлившееся около трёх лет, после чего во всю свою мощь заработала французская фемида. Проявляя необычайное рвение в желании оградить своего короля от любых попыток посягательств на его священную особу, суды проводили аресты, скорее, по принципу «ты просто мне не нравишься», чем на основании реальных доказательств. За несколько лет были арестованы несколько сотен человек, из которых десятки так и не смогли пережить эту «охоту на ведьм» – их казнили.
Пылающий праведным гневом «меч возмездия» расследователи и преследователи обратили на пользовавшийся известностью и популярностью обширный парижский рынок колдунов и знахарок. В те времена прогресс ещё крайне неуверенно шагал по Европе, и использование различных мистических обрядов и волшебных зелий для многих представлялось оптимальным вариантом решения возникших проблем. Занятие магической предпринимательской деятельностью в Париже семнадцатого века давало весьма неплохую прибыль.
Предсказатели счастливого будущего, обвешанные самодельными талисманами гадалки, торговцы зельем разного рода, в которых смешивалось обычное с необычным, делали неплохой бизнес на доверчивых аристократах. Последние больше полагались на проявление какой-то потусторонней милости, чем на собственные усилия и труд. Гораздо легче и приятнее было развлекаться на балах и охотах, ожидая чуда (за которое уже были уплачены деньги, и зачастую немалые), чем напрягаться, пытаясь достичь желаемого.
Чаще всего эти желания решить всё просто и сразу удовлетворялись получением разного рода талисманов и заговоров на удачу. Но иногда наиболее отчаянные вельможи прибегали к помощи ядов.
Оперативные манипуляции в конце концов вывели сыщиков на след Катри́н Монвуазе́н, которая многим была известна под именем Ла Вуазе́н. Будучи дочерью дворянина по фамилии Деэ́, она подалась в повитухи, вышла замуж за господина Монвуазена, который вскоре отдал Богу душу при невыясненных обстоятельствах. Оставшись одна, еще молодая вдова пустилась во все тяжкие. В результате странного мезальянса, где, кроме нее самой, фигурировали имена некоего Адама Кёрэ-Лесажа и приходского священника по фамилии Даво́, родился план по превращению Монвуазен в колдунью и специалистку по ядам.
Эта женщина приобрела большую популярность среди тех, кто прибегал к помощи потусторонних сил и разного рода зелий, обладающих ярко выраженным эффектом (не всегда тем, которое от них ожидалось). Поскольку следователи обладали хорошим умением убеждать, применяя при этом достаточно действенные методы допросов, Вуазен призналась, что её услугами пользовалась едва ли не вся знать при Дворе Людовика XIV, включая и действующую фаворитку короля Атенаис де Монтеспан. Кроме того, на допросах чертовка упоминала имена мадам де Вивон; Олимпии Манчини, графини де Суассон (еще той штучки, я писал о ней раньше), маршала Люксембурга, герцогини Бульонской и прочих дам и вельмож Версальского двора.
Мадам де Монтеспан являлась официальной любовницей короля Франции, а к помощи магических зелий её вынудило обратиться стремление быть как можно более желанной любовницей для него, ведь Атенаис понимала, что её время капля за каплей уходит. Согласно инструкции по применению магического препарата, король должен был принимать это средство вместе с едой. А поскольку вероятность того, что Людовик XIV добровольно станет приправлять свою пищу необычными специями, купленными у торговки волшебством, была весьма сомнительной, любовница попросту незаметно добавляла снадобье в пищу монарху.
Учитывая открывшиеся обстоятельства, так как подобные штучки вели прекрасную маркизу прямиком на эшафот, французский король решил прекратить расследование, но набравшее таки обороты дело одномоментно прекратиться уже не могло. В итоге по так называемому «Делу ядов» – своеобразной средневековой аналогии современных поисков виновных в отравлениях таинственным и неуловимым ядом, было арестовано 319 человек. Тридцать девять из них были приговорены к смертной казни.
Король не простил де Монтеспан такого обращения со своей особой, и чувственным отношениям между любовниками пришел конец. На смену де Монтеспан уже спешила юная де Фонтанж, а в соседних покоях молилась, ожидая прихода короля, набожная де Ментенон.
Конец же отравительницы Ла Вуазен был закономерным, но от этого не менее ужасным: морозным и ветреным февральским утром 1680 года, её, босую и почти голую, привязали железной цепью к столбу на Гревской площади Парижа и сожгли.
#история #культура #короли
Спасибо, что дочитали до конца. Это дает стимул для новой работы. Буду благодарен за лайки (ставьте пальцы вверх – так я буду знать, что вам понравилось), за подписку и за ваши комментарии. Ниже ссылки на другие мои статьи: