Лингвисты Сибирского федерального университета (СФУ) изучают процесс субъективного восприятия и припоминания русских слов у тувинско-русских билингвов. По результатам исследования ученые разработают комплекс речевых упражнений для реабилитации двуязычных пациентов с нарушением речи, проходящих курс терапии в Сибирском научно-клиническом центре Федерального медико-биологического агентства.
По словам руководителя научной группы, заведующей кафедрой романских языков и прикладной лингвистики СФУ Анастасии Колмогоровой, для разработки программы речевой терапии лингвисты работают с имеющими расстройство речи пациентами, а также изучают соответствующие группы носителей языка без патологий.
«Мы помогаем выбирать слова и рисунки, которые смогут максимально эффективно стимулировать импрессивную и экспрессивную речь пациентов, где первая — это восприятие и понимание слов, а вторая — способность к их произнесению. Разработанный комплекс упражнений поможет в реабилитации пациентов с афазией — системным нарушением речи, которое возникает при органических поражениях мозга», — рассказала Анастасия Колмогорова.
Исследование посвящено субъективному восприятию русских слов и соответствующих им рисунков у тувинско-русских билингвов. Доказано, что у таких людей нейронная связь между «контролирующими» и «языковыми» зонами мозга сильнее, чем у монолингвов, поэтому они более успешны в решении когнитивных задач, связанных с переключением внимания, сменой видов деятельности или моторных программ.
Участниками эксперимента стали 60 тувинско-русских билингвов без речевых патологий. Им предложили оценить список определенных слов и рисунки, иллюстрирующие эти слова. Например, ряд русских существительных, которые наиболее часто употребляются в речи: «окно», «машина», «стол» и другие. А также некоторые культурно значимые для тувинцев слова: «конь», «юрта», «шаман» и т. д. Как отмечает Анастасия Колмогорова, результат оказался неожиданным для лингвистов.
«Оказалось, что тувинские билингвы узнают русские слова действительно позже, чем монолингвы. Скорее всего, это связано с тем, что планомерное обучение русскому языку начинается в основном в школе, — рассказывает ученая. — Русские слова, обозначающие то, что имеет особую значимость для тувинской культуры, усваиваются нашими респондентами-билингвами в среднем позже, чем существительные из первой группы, называющие утилитарные предметы, а иллюстрирующие их рисунки оцениваются как «менее похожие» на то, что представляет информант, и более сложные».
Оказалось, что монолингвы в первую очередь усваивают такие слова, как «бабушка», «солнце», «молоко», «варежка». Для тувинских билингвов лидерами стали «ботинки», «игла», «газета», «тапочки». Применительно к рисункам самыми «хорошо представимыми» у монолингвов оказались «клубок», «груша», «нога», «перчатка», «банан» и «юла», а у билингвов — «клубок», «пингвин», «тапочки», «картина», «стакан» и «шкаф». Из существительных второй группы самыми «ранними» по субъективным показаниям тувинских билингвов стали слова «мама» и «сестра», а самыми поздними — «артыш» (название травянистого растения), «лама» и «обряд».
По итогам эксперимента ученые выяснили, что для тувинско-русских билингвов образ, вызванный русским словом, субъективно более похож на рисунок, чем для русских монолингвов. Также билингвам рисунок, изображающий то, что слово называет, представляется более простым, чем монолингвам. Даже слова, которые обозначают необычные для повседневной жизни жителей Тувы явления (например, «пингвин», «кенгуру», «осьминог», «скорпион», «ракета» и др.), оцениваются участниками эксперимента как в целом усвоенные раньше, чем культурно значимые слова. Результаты исследования лягут в основу альбомов для нейропсихологической диагностики и проведения курсов речевой терапии на русском языке с тувинско-русскими билингвами. Кроме того, труд лингвистов планируется использовать для создания аналогичных материалов и для восстановления речи у билингвальных пациентов и на тувинском языке.