«Номер четыреста шесть к окну два. Номер четыреста шесть к окну два»
Худощавый мужчина в бежевом плаще подскочил на месте от внезапного металлического женского голоса оповещения электронной очереди, зашагал к длинной стене из мрамора и стёкла к маленькому окошку. На носу, он носил широкие очки в толстой оправе, а на голове тоненькую чёрную шапочку. Мужчина теребил в руках полиэтиленовый пакет, в котором шуршали какие-то бумаги. Он извинялся и кланялся каждому из сидящих рядом людей, пока не подошёл к окошку, за застеклённым окном которого, сидела упитанная женщина с бардовыми волосами и в тёмно-синей форме. Дрожащими руками достал бумаги из пакета, еле справился, бубнил под нос:
— Сейчас-сейчас… как неудобно, извините… сейчас подождите, – говорил мужчина, копошась в пакете.
Глядя на него через стекло витрины женщина тяжело вздохнула, сказала:
— Паспорт и партийное удостоверение.
— Сейчас... Вот... Простите... Очень волнуюсь.
— Виталий Григорьевич? — лицо женщины выражало абсолютное безразличие.
— Да… Я по вопросу ребёнка… где же это…
— Вы за разрешением или же за усыновлением?
— Что? Нет-нет, сейчас, я… — мужчина, бросив все попытки найти нужную бумагу достал документы из пакета и разложил перед собой.
— Так… Вы у нас были в прошлом году, — сказала женщина и застучала пухлыми пальцами по клавишам, глядя в монитор.
— Да… Я с моей женой… понимаете, мы, не получив разрешение, мы… в общем мы случайно завели ребёнка, — разбирая бумаги, сказал мужчина.
— Выписка по месту жительства о состоянии жилплощади, медицинскую комиссию, свидетельство об изъятии ребёнка…
— Да-да это всё есть, только у нас его изъяли уже как два года…
— Справка о патриотическом воспитании…
— Да, вот её как раз я и ищу, извините, пожалуйста. Я уже столько этих бумажек собрал, что скоро тележку покупать придётся.
— Мужик! — раздался грубый голос от ряда сидящих вдоль стены людей. — Давай ты быстрее свои дела решать будешь.
— Простите... — обернулся и сказал мужчина. — Ради Бога я не…
— Справка о патриотическом воспитании... — обратила на себя внимание женщина в окошке.
— Вот она! — мужчина достал из груды бумаг нужную маленькую справочку и замахал ей в руке. — Сейчас всё объясню, нашёл наконец-таки. Мы с женой…
Женщина не дала договорить, вырвала протянутую в узкое окошко справку и прикрепила к паспорту со свидетельством.
— Справка из общественной комиссии.
— Что? А… да, сейчас. Вот, держите, — мужчина вытащил розовую бумажку и протянул в окошко.
— Разрешение на пребывание в секторе для дореволюционных граждан республики.
— Да-да… Вот. Всё есть. Пожалуйста.
— Свидетельство, о наличии противопожарной и противоправной установки…
— Так... Сейчас… Кажется, вот тут это было, да… Вот.
— Копия договора участника добровольной дружины…
— Вот, пожалуйста...
— Удостоверение военнообязанного гражданина.
— У меня его нет. По состоянию здоровья.
— Справка о…
— Да-да, — перебил мужчина. — Пожалуйста. Возьмите. Ох… — Мужчина повернулся к сидящим у стены равнодушным гражданам. — Извините, пожалуйста. Ради бога…
— Чек об оплате комиссии…
— Пожалуйста.
Женщина приняла все бумаги и положила пальцы на клавиатуру, защёлкала. Через несколько секунд она остановилась. Сказала:
— Виталий Григорьевич вы знаете что вашему ребёнку уже три года и ему присвоен статус сверх способного второго класса?
— Уже сверх способный? Господи, нет!..
— Согласно патриотическому кодексу семьи и ребёнка, дети сверх способного статуса являются детьми семи секретарей. Для того, чтобы получить такого ребёнка, нужно иметь высшее патриотическое образование, и соответствующую статусу ребёнка, размер жилплощади. Пройти собеседование и встать на учёт. Судя по вашим данным, у вас пройдены курсы средне патриотического воспитания.
— Но у нас с женой по два высших образования, до революции мы были инженерами, нам сказали, что, пройдя курсы мы поднимем свой статус до высоко патриотичных граждан.
— Вы оплатили справку о переводе образования дореволюционного образца в патриотическое?
— Вот, пожалуйста, только…
— Хорошо. Судя по вашим данным у вас имеется жилплощадь равная тридцати квадратным метрам. Вы знаете, что для того чтобы завести сверхспособного ребёнка вам нужно не меньше шестидесяти двух квадратных метров?
— Да, но нам сказали, что его статус останется средне способным, и мы сможем…
— Ребёнок шесть тысяч восемьдесят второй. Статус сверх способный получен два месяца назад, вам должны были выслать уведомление.
— Мы ничего не получали…
— Ничем не могу вам помочь.
— Подождите! Сверх способных дети не так часто усыновляют, сколько у нас есть времени?
— От двух до четырёх лет, в зависимости от его успехов, со временем, ему будет присвоен исключительный статус, и он будет отправлен в школу, а после в университет семи секретарей. Пока ему не присвоен этот статус вы в праве претендовать на этого ребёнка, имея на руках соответствующие документы. После присвоения статуса, разрешение на получения ребёнка будет невозможно.
— Сверх способный… — сказал мужчина, опустил слезящиеся глаза.
— Исходя из вашего патриотического воспитания и размера жилплощади могу предложить вам средне способного ребёнка четвёртого класса.
— Мой малыш… Гриша…
— Оформлять будете?
— Что?.. — опомнился мужчина. — О чём вы вообще?! Мне нужен мой ребёнок, мой Гриша!
— Мужчина напоминаю вам, вы находитесь в административном здание, неуместное поведение карается двумя часами ареста.
— Два часа ареста за повышение голоса… Дети по бумажкам, да что бы вас всех…
— Что вы сказали?
— Простите, ничего я не…
— До свидания, — сказала женщина и нажала на кнопку.
Несчастный мужчина услышал знакомый металлический голос. Окно номер два снова свободно.
Торопливо собирая бумаги, он долго не мог положить их в пакет. Номер на табло загорелся и заговорил металлическим голосом, поднял с места крупного мужчину, призвал к окошку, где стоял несчастный. Бугай посмотрел, как маленький человек в смешных очках копошиться со своими бумагами, занимает место. Мужчина выдержал секунду и очистил одним движением руки все документы, лежащие перед окном. С глухим хлопком множество папок и мелких справок упали на пол и разлетелись в разные стороны. Униженный и растерянный, Виталий Григорьевич начал собирать добытые тяжёлым трудом документы. Не выдержал, потерял самообладание, заплакал. Маленькие прозрачные капельки упали на исписанные и бесполезные листы бумаги.
Дома Виталия Григорьевича ждала супруга Алёна Михайловна. Вот уже на протяжение двух лет они бегают по различным инстанциям и собирают справки для получения ребёнка. Их собственного малыша, которого органы опеки семи секретарей отобрали у них после его рождения. С тех пор, как семь секретарей пришли к власти и решили, что будущее нации зависит только от определённой группы лиц, дети, рождённые без контроля и разрешения, должны были быть изъяты и направленны в специальные центры, где из них, в случае если их родители недостаточно подготовлены, будут воспитывать порядочных людей, которые не допустят больше кровавых войн и приведут нацию к процветанию.
Алёна Михайловна сидела у телевизора и ждала мужа, который должен был появиться совсем скоро. По телевизору шла очередная патриотическая передача, которая совершенно не интересовала женщину. Сегодня, они наконец собрали все документы и смогут получить своего Гришу, и всё у них будет хорошо. Шум открывающейся двери привёл в себя Алену Михайловну. Выскочила из кресла, поспешила в коридор, встречать мужа. На пороге, с пакетом под ногами, стоял её Виталик. Глаза были красные от слёз. Всю дорогу домой он представлял, как скажет жене о том, что у них нет возможности получить своего ребёнка обратно. Алёна Михайловна просмотрела на мужа. Увидела на полу бумаги, поняла, что случилось что-то плохое:
— Виталичек, ну что они сказали?..
— Ему присвоен статус сверх способного второго уровня. Мы не можем его получить...
— Боже! Гришенька, мой малыш! — сказала Алёна Михайловна и прижала ладони ко рту. Из глаз женщины потекли слёзы. — Виталик, что же нам делать? Неужели никак нельзя получить его?
— Нет! Эти семь сволочей отобрали у нас сына и присвоили ему этот треклятый статус! Что бы их…
— Что же ты говоришь, молчи глупый! — замахала руками на мужа женщина. — Ты что забыл какие у нас тонкие стены, всё же слышно…
— А какой смысл бояться, Алёна? Мы десять лет горбатились на эту маленькую квартирку, чтобы нашему ребёнку было где жить. Мы столько лет учились и получали образование, чтобы он рос порядочным и умным, чтобы стать ему примером. А что теперь? Нам нужно ещё тридцать квадратов на которые работать лет пятнадцать, где мы их возьмём? К тому времени эти семь… они заберут его к себе насовсем! Нет у нас сына Алена, нет!
— Господи да как же это так... Ведь всё было хорошо, — сказала Алёна Михайловна. Лицо было мокрым от слёз.
Виталий Григорьевич задрожал, из глаз потекли слёзы. Алёна Михайловна бросилась к мужу и обняла.
Уставший и разбитый, Виталий Михайлович обхватил слабыми руками жену, спрятал лицо в мягких каштановых волосах.
Несчастные, они вздрагивали и тряслись от горя. Оплакивали своего маленького сына, которого не могли себе позволить.
_______
А. Мишкин. Молодой начинающий автор и простой рабочий на станции сжигания. Хочу быть писателем и пробую себя в разных жанрах, сейчас делаю упор на фантастику и хоррор. На моём канале вы прочитаете интересные фантастические и жизненные рассказы. Добро пожаловать, друзья.