В своей книге Арнольд упоминает о каких-то «шероховатостях» в отношениях с мюнхенской полицией. Ходят слухи что эти «шероховатости» бьгли куда более серьезными, чем представлялось на первый взгляд, хотя ничто и не говорит об их уголовном характере.
Г-н Р. вспоминает, что Арнольд позвонил ему вечером накануне отъезда в Англию и сказал, что собирается в Америку, потому что в Германии у него возникли серьезные проблемы. Но какими бы они ни были, в аэропорту он столкнулся с еще одним препятствием на пути осуществления своего плана. Когда он протянул документы кассиру «Эйр Индиа», тот в оцепенении посмотрел Арнольду в лицо. Визы не было. Уэйдер ждал его в Америке. Открытие конкурса неумолимо приближалось. А Арнольд сел на мель в Лондоне. Люд тоже пришел в ужас, зная, что запрос и получение визы займут несколько дней. А ведь Шустрих уже почти поздравил себя с успехом, добыв Арнольда для Уэйдера. Сам бывший чемпион мира по культуризму, Люд испытывал удовольствие от своей роли в карьере избранника судьбы, призванного стать легендой мирового культуризма. И вот теперь, из-за неожиданной глупости со стороны Арнольда, Уэйдер разгневается и Арнольд не сможет участвовать в конкурсе в Майами. Люд задумался на несколько секунд, после чего его осенило. Офицер резерва американских военно-воздушных сил, Шустрих был членом лондонского клуба для офицеров резерва американских ВВС «Коламбиа». И, как оказалось, все восемнадцать его компаньонов по клубу занимали высокое положение. Естественно, как это и должно было быть с Арнольдом Шварценеггером, которого оберегало провидение, один из них случайно работал в секторе виз американского посольства. Так что Люд схватил телефонную трубку, позвонил своему товарищу-офицеру и попросил его об услуге, объяснив, что одному из лучших атлетов мира немедленно нужна американская виза. Приятель Люда заколебался, а затем сказал: «Люд, я не сделал бы этого ни для кого в мире. Я делаю это исключительно ради тебя, потому что ты – мой товарищ-офицер и на твое слово я могу положиться. Я добуду тебе незамедлительно американскую визу, если ты лично поручишься за Арнольда Шварценеггера. Поручишься, что за ним нет уголовных дел. Тогда я тебе поверю, зная, что наше слово друзей нерушимо». Люд еще раз взглянул на великую надежду Уэйдера, молодого и на вид невинного Арнольда, светящегося желанием, страстью и обаянием, и согласился.
На такси они помчались в посольство. Люд прочел визорой запрос, включавший положение о том, что проситель не подвергался уголовному преследованию. Шустрих знал, что, подписывая его, подставляет свою голову, равно как и товарища-офицера, служащего американского посольства. На секунду Люд вспомнил из ряда вон выходящее поведение Арнольда по отношению к жене молодого культуриста во время их первой встречи в Мюнхене, но затем отогнал эти мысли. В конечном счете Арнольд молод. Он изменит свою жизнь и будет процветать в Америке. Люд подписал запрос, и Арнольд прямо на месте получил визу на въезд в Америку. Если бы этого не случилось, то могущественный Джо Уэйдер закончил бы его так и не начавшуюся карьеру культуриста в Америке. Но Арнольд был сверхъестественно удачлив. Люд Шустрих рискнул поручиться за человека, которого по сути дела не знал. Но, как оказалось, было и другое обстоятельство, побудившее его пойти на риск ради Арнольда. Люд Шустрих, сегодня выглядящий не меньше американцем, чем Генри Фонда, на самом деле родился в Предате, в Югославии, входившем в свое время в состав Австрии. Город этот расположен неподалеку от Таля, родины Арнольда. Люд не мог оставить в беде своего земляка. Судьба предначертала Шустриху стать тем единственным человеком, который помог Арнольду в его переезде в Америку к новой жизни.