Сборная России разорвала фехтование на Олимпиаде. Благодаря таким успехам у нас есть повод чуть глубже погрузиться в историю, связанную с этим видом спорта.
В первой половине XX века спорт часто совмещали с еще одной профессией. Вот пример: Николас Мурай – американский фотограф, снимавший для Vogue и The New York Time и 12 лет проживший с мексиканской художницей Фридой Кало. А еще Мурай – легенда американского фехтования, он ездил на Олимпиады в 1930-е.
Мурай – звезда фехтования. Он выиграл около 60 медалей и умер во время боя от инфаркта
Мурай родился в Венгрии, и в подростковом возрасте начал заниматься фехтованием с итальянцем Итало Сантелли (призер Олимпиады-1900, один из основоположников фехтования на саблях). В 21 год Мурай переехал в Нью-Йорк, но продолжил фехтовать – теперь он тренировался с Джорджио Сантелли (сын Итало, выигравший Олимпиаду-1920).
Развивая технику (идеально держал дистанцию и был очень скоростным), Мурай стал одним из лучших в стране: он два раза выиграл чемпионат США (в 1929-м и в 1931-м) и дважды ездил на Олимпиаду (в 1928-м и в 1932-м, на вторых Играх он стал четвертым в командном турнире саблистов).
Выиграв за карьеру около 60 медалей, Мурай был связан с фехтованием всю жизнь. В Мельбурне-1956, Риме-1960 и Токио-1964 он работал судьей, а потом его включили в Зал славы американского фехтования.
Мурай представлял культовый New York Athletic Club (в клуб, основанный в 1869 году, попасть можно было только по приглашению). В феврале 1961 года во время боя у Мурая случился сердечный приступ. Благодаря врачу Барри Парисеру, тоже участвовавшему в соревнованиях, Мурая удалось спасти.
Но через четыре года у 73-летнего фотографа снова случился инфаркт прямо во время боя. Тогда помочь ему уже не получилось.
Мурай фотографировал Монро, Моне и Шоу. У них с Фридой Кало – очень яркая история любви
Мурай был евреем, поэтому в Венгрии ему было сложно, он нередко сталкивался с антисемитизмом. Когда ему исполнился 21 год, он отправился в США. В одном кармане у него был словарь эсперанто, а в другом – 25 долларов. Он знал всего 50 английских слов, и больше у него не было ничего, кроме веры, что в Америке он добьется успеха.
По всему миру Мурай известен не как саблист и даже не как фотограф – он был любовником Фриды Кало. Они познакомились в 1931-м году во время короткого путешествия Мурая по Мексике, а их отношения продолжались около 12 лет. В 1931-м художница писала ему: «Ник, я люблю тебя так, как любила бы ангела. Ты майский ландыш, моя любовь. Я никогда не забуду тебя, никогда, никогда. Ты вся моя жизнь. Надеюсь, ты никогда не забудешь это».
Мурай хотел жениться на Фриде, но ей это было не нужно, поэтому они расстались в начале 1940-х. Но Николас грустил не очень долго, женившись в 1942 году (это, кстати, была уже четвертая его жена, если не считать Фриду). Несмотря на расставание, Кало и Мурай навсегда остались друзьями – они постоянно общались до 1954-го, когда Фрида умерла.
Один из самых известных портретов Кало сделал как раз Мурай:
А вообще путь Мурая был триумфальным. Приехав в США сертифицированным фотогравером (учился в Германии), он несколько лет провел в Бруклине, а в 1920-м открыл фотостудию на Манхэттене. Прошел год, и он стал известным благодаря портрету бродвейской актрисы Флоренс Рид, который был сделан по заказу Harper’s Bazaar. Затем Мурай, которого называют пионером цветной фотографии, снимал знаменитостей – в его объективе оказались Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Чарли Чаплин, Мэрилин Монро, Бернард Шоу, Клод Моне и многие другие.
В 1926-м журнал Vanity Fair отправил Мурая в Европу (он фотографировал знаменитостей в Лондоне, Париже и Берлине). Когда началась Великая депрессия, Мурай перестал снимать звезд и начал делать рекламу (например, ему принадлежат первые фоторекламы для Coca-Cola и Lucky Strike). Во время Второй мировой войны Мурай преподавал фотографию в Нью-Йоркском университете.
«К счастью, для меня фотография – это далеко не только профессия, – говорил Мурай о своих принципы. – Это способ установить контакт между людьми, способ понять саму природу человека и, если получится, записать ее со всем уважением к индивидуальности каждого».