Мы с женой были первыми друг у друга, можно сказать, что с помощью друг друга мы познавали мир и изучали жизнь во всех ее смыслах. Пожениться мы решили, когда узнали, что она ждет ребенка. Это не был брак по залету, просто мы вообще не собирались жениться, пока она не забеременеет. Оба прогрессивные, не видели в штампе никакого особого смысла.
Отношения были самыми обычными, какие только бывают у всех. Были и косяки с обеих сторон, и примирения. Мы всегда старались идти друг другу на уступки. Оба ходили на работу, жили в подаренной нашими родителями квартире, которую они купили вскладчину. До рождения дочки мы жили вместе уже три года, а когда она родилась, стали строить большой загородный дом.
У жены к выходу из декрета наметилось повышение, поэтому стройка пошла быстрее. К сожалению, именно на этом этапе отношения стали ухудшаться. Я грешил на ее недосып в связи с тем, что ребенок не давал спать ночью, плюс некоторая «звездность» от новой должности. Но время шло, прошло уже три года, а дело не шло на лад. Даже с постелью все было хуже и хуже. Я опять списывал это на что угодно, только не на проблемы внутри нас.
Мы пытались говорить, но в манере моей жены лучше молча злиться, чем что-то решать. Но за эти три года я так устал, что уже даже не стремился что-либо решать. Когда строительство началось, мы жили вместе уже седьмой год, и я просто устал семь лет клещами вытаскивать из нее причины недовольства. Это просто выматывало меня.
На тот момент она не давала поводов подозревать ее в измене, после работы приезжала сразу домой. Как-то раз, в очередную ссору, у нас состоялся разговор, в ходе которого она сама мне призналась, что была не верна. Я испытал неимоверный шок. Мне даже сейчас больно об этом говорить. После того ее признания на какой-то период все стало налаживаться. Она сказала, что это было всего один раз, на корпоративе, когда она была выпившая. Хотя я даже ни разу не видел ее пьяной за столько лет.
Я пытался вдаваться в детали, но она не стала продолжать разговор. Прошло полгода, как я стал замечать новые перемены в ее настроениях. После того, как мы отметили день рождения дочери, она собрала ее и свои вещи, сказала, что нам нужно пожить отдельно и уехала к своей матери.
Как-то раз на ее рабочую почту, от которой у меня был пароль, пришло письмо от какого-то бельгийца, моего ровесника. В его письме значился наш домашний адрес, которого просто коллега по работе знать не мог. Я все-таки приехал к ее матери, припер ее к стенке и она созналась, что познакомились они еще когда она не вышла на новую работу.
Сначала они просто переписывались, потом ездили увидеться друг с другом. В тот раз она выдумала командировку в соседний город. Именно с ним, как оказалось, она мне тогда изменила. Теперь она собирает свои документы для того, чтобы после развода вместе с дочерью покинуть страну. А я просто сижу и пялюсь в стену, не могу прийти в себя и понять, как можно жить после такого предательства. А обиднее всего то, что ее родители даже пустили его погостить, когда он приезжал в наш город. Знали все и мне ничего не сказали.
