И не сим только, но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда, а надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам (Рим. 3: 5).
А отчего мы радуемся? Может, с нами что-нибудь произошло? Нет, мы радуемся оттого, что знаем, что будет дальше. Скорбь принудительно ведет нас к терпению. Когда заболеваешь какой-нибудь тяжелой болезнью, ты проявляешь терпение, а что тебе еще остается делать? Но проявлять терпение во Христе – вот что важно, терпеть ради Него, а не так, когда начинают негодовать и кричать, считая всё человечество виноватым в своей беде, только не себя.
Итак, начинается терпение, терпение же во Христе означает опытность, то есть мы начинаем понимать, Кто такой Бог, каков Бог, ибо только в терпении ты познаёшь Бога, как Он поступает, как к тебе относится, что в точности делает, и от этого у тебя появляется надежда. Ты видишь, что Он не совсем такой, каким ты ожидал Его увидеть, не злой, не завистливый, как говорит диавол и как говорит лайфстайл сегодня. Я называю его «дедстайлом» как некую коллективную эвтаназию, но это уже другой вопрос.
Опытность означает, что у тебя появляется надежда, и ты видишь Его таким, какой Он есть. А когда у тебя есть надежда, надежда не посрамляет. «Никто не уходит от Тебя посрамленным, – поем мы Пресвятой Богородице, – но получает полезное». Иногда мы получаем не то, чего хотим, а то, что нам надо получить.
На днях я был на Святой Горе Афон, и пришел один протестантский пастор, тревога была написана у него на лице, и он говорит мне:
– Как же нам быть со злом? Зло душит нас.
Лютеранский пастор. Я его спрашиваю:
– А какое зло?
Он посмотрел на меня как на ненормального:
– Что вы говорите?
Я говорю:
– Зла не существует.
– Что вы сказали?
– Слушайте, если бы я не был тем, кто я есть, и если бы не стоял на передовой вместе с вами, и если бы не чувствовал зла каждый день в собственном лице, я не мог бы сказать этого. Но разве это не правда?
Существует ли зло? Не существует. То есть существуют все эти вещи (Бог, благодать), и чтобы после этого существовало зло? Или одно, или другое, третьего не дано. Пока человек этого не поймет, он берет понемногу и от того, и от другого, пока полностью не сориентируется. Когда благодать постоянно меня оправдывает, когда Бог обращается ко мне и говорит со мной – неважно, дарами или испытаниями, дарами для утешения, напастями для поучения, – тогда где же зло? Диавол вершит зло, его люди вершат зло день и ночь. Ну, и что же получилось в итоге? Что получилось?
Знаю одного священника святой жизни, он неизвестен и очень стар. После смерти мы узнаем о его святости, но сейчас он этого не хочет, однако он свят. Приходской священник, всеми забытый, но – святой с великими благодатными дарами. Некоторое время назад я стал рассказывать ему об одной своей личной проблеме, мне было важно узнать, что он скажет.
Говорю ему:
– Отче, у меня то-то и то-то.
Он взглянул на меня и говорит:
– А какое мне дело!
Я снова говорю ему:
– Отче, у меня то-то и то-то!
Он снова взглянул на меня и говорит:
– А какое мне дело!
– Послушайте, у меня то-то и то-то!
– А какое мне дело!
И тут я вдруг ощутил благодать и понял, что он говорит мне это в Духе Святом. И сказал себе: «А действительно, какое мне до этого дело?»
Понимаете? Действительно, какое мне дело до того, что Иуда – предатель Христа, какое мне дело до того, что диавол делает свое дело? Понимаете, как страшно то, о чем я говорю?
Потом он улыбнулся и ушел. Понимаете, что он имел в виду? Не понимаете? Какое мне дело до зла, которое мне причинили? Бог – вот Кто решает всё. Если начать лично воевать с теми, кто делает тебе зло, надо будет схватить автомат Калашникова, выйти на дорогу и начать стрелять, воздавая всем по справедливости. Понимаете? Когда мы в Божиих руках, какое мне дело до зла, которое мне причиняют? Когда последнее слово принадлежит Богу. Вот этой веры не стало сегодня, и поэтому люди не знают толка в вере. Поэтому и живут с этим «дедстайлом».
И эти технологические средства, которые у нас всех есть, – наступает страшная эпоха, когда не станет ничего тайного. Единственным, что будет сокрыто от тех, кто следит за нами, знаете, что будет? Наша связь с Духом Святым. Только этого не смогут контролировать. Грядут эпохи, эпохи апокалиптические. Мы не сможем спрятаться нигде. Знать будут всё. Когда мы говорим «всё», это значит, что даже что-то большее. Одного только не будут знать, и это – связь с Духом Святым. Душу твою знать будут, все твои предпочтения, но не будут знать того, что Бог может сделать с тобой, того, чего может достигнуть твоя молитва.
Я был на одной крупной конференции, посвященной новым технологиям, ну, организаторам захотелось, чтобы там присутствовал и богослов. Один очень продвинутый в этой сфере специалист из США сказал мне:
– Отче, скоро не будет ничего, чего не сможет сделать компьютер.
Я ответил ему:
– Нет, будет что-то, чего он никогда не сможет сделать.
– И что же это?
– Молитва.
Знаете, какая огромная разница между нами и животными, компьютерами и всем этим? Молитва. Когда вы лишитесь молитвы, тогда у вас не останется ничего. Вы будете просто высшим животным. То есть низшим, потому что животное страдает и знает это. Животные хотя бы не понимают, что происходит вокруг них, но мы-то понимаем, что происходит вокруг. У нас есть чувство справедливости, блага, красоты, и поэтому мы страдаем.
На сайте: https://monastery.ru/zhurnal/bog-i-chelovek/nekhvatka-dukhovnogo-znaniya/
Не пропустите новые материалы – подписывайтесь на наш канал.