Он мучил нас до полного отупения. Много дней. До потери чувств. Пять раз прошли смерч. И как жив не понимаю. Тупость восприятия достигла предела. Я уже не считаю смытых за борт и разбитых волной о палубные надстройки! Раньше ещё постанывал: "Ещё один!" Теперь бросил. Только про себя твержу ангелу смерти:-"НЕ СЕГОДНЯ!, НЕ СЕГОДНЯ! ТВОЮ МАТЬ! НЕ СЕГОДНЯ!" и крепко держу штурвал. Я капитан! У меня ещё есть Люди!
"ЗЕМЛЯ !!!!!"-- крик привёл в ужас!!! Твою МАТЬ! Теперь разобьёт о скалы!
Шхуну несет на берег. Уже видна белая полоска прибоя у скал. Волны стали чуть тише. Люди выползают на палубу. Молча вглядываются в берег. Все понимают всё. Руль цел, но хода нет. Мачты срублены. Парусник без хода корыто. Сейчас развернёт боком и разобьёт ко грёбаной матери. Столько сил. Всё зря....
"ПРОХОД!!!!" Проход право по борту!!! Взметнувшаяся рука матроса с вытянутым пальцем сулила чудо!
"Проход!!!" орала уже вся команда. "ПРОХОД"!!!!
"Молчать! По местам стоять!!!!" - это мой рык надежды глушит ветер!
"Боцман ко мне! ШТОРМОВОЙ НА БУШПРИТ!!!"
"Так нету, Кэп! нету!" - но вопли боцмана не пугают.
В этом бардаке всегда что-то есть.
"ИСКАТЬ!!!!" Все вниз!!! Жизнь за кусок тряпки! Вперёд!!!!
Вот он, сука!! Засунутый на дно гамака для мягкости! Убью, благословенный!
"ШТОРМОВОЙ НА БУШПРИТ!
Развернуться на этом клочке не реально! Можно лишь срезать угол! Изменить курс и направить «Зарю» в залив!
Ход!!! Спасительный ход!!! Право руля! Верчу штурвал , приводясь к ветру!
Вот он проход! Сто локтей! Идём этим галсом! "Приведение максимальное! "
Господи, Иисусе Христе, сыне Божий, молитв ради пречистая твоя матере и всех святых!
Ворота! Бухта! Песчаные отмели! Проходим! Меляка! Влево порезче ! Встали с лёгким креном! Божий Промысел! Живы! Мрак.
Я всё-таки грохнулся! Дико болит голова. Часть команды на берегу.. Они охренели, сукины дети? Бросили валяться капитана? Убью всех!
Не… лежу в тенёчке, под головой какая-то дрянь помягче… позаботились и пошли узнать, что-как… ММММ…. Я застонал.
«Диметрос!» «Диметрос!» - боцман, стоя на коленях, наклонился ко мне. «Диметрос, мы живы!»
Слёзы лились по обветренным лицам…
До пляжа от корабля десять –двенадцать взмахов. Ощущение тверди без воды под ногами немедленно прикладывает мордой о песок. Лежу на земле. Счастье!!
Ко мне, дети горя! Ко мне, дети мои!
Толпа скелетов! Где боевой дух, что позволил выжить в нечеловеческих условиях? Там, там внутри этих людей. Просто спит сейчас....
Боцман! помоги сесть. И вы, садитесь, господа!
Несколько дней мы не команда, а гости туземцев.
Остров оказался обитаем. Туземцы дружелюбны, похоже принимают нас за каких-то местных залётных божков.
Капитанский наказ прост:
Боцман! забери у всех ножи, запри в арсенале.
После таких передряг многие срываются без причины1 Таких вязать и под пальму. Жрать просить вежливо. Тузики сами всё несут и радуются! Женщин не трогать! Насильника сам повешу на рее! Всё. Всем отдыхать. Спать! Жрать! Валяться! Неделю!
Молиться о погибших будем завтра. Судно мы с боцманом осмотрим сами. Отбой!
Друзья!! Простите это атмосферное хулиганство! :-) Этим рассказом мне нужно было показать состояние безумного перенапряжения моей семьи и моё. Примерно также, после нескольких месяцев чудовищного перенапряжения, мы почти в одночасье оказались в добре, здоровьи тепле и расслабленности.
Несколько месяцев Ваш покорный слуга, его жена и сын Андрей боролись за мою жизнь.
Уставшие, перенапряжённые нервы расслабились. Утром я проснулся от слёз и не мог их сдерживать, рыдал в подушку. Потом встал и написал "Шторм".
Так мы оказались свободны и в покое выздоровления. Сейчас нас ждёт семейный неспешный завтрак и реабилитация. Днём мы поедем на Озеро и я попытаюсь поплавать под присмотром Андрея.
Вечером репортаж об этом! Всех люблю, всем спасибо! Осим Хаим, господа!
Я дома!
