Последний большой релиз британского продюсера, который после длительного затишья решил разгрести беспорядок и напомнить слушателю о своем влиянии.
Урожденного Ричарда Дэвида Джеймса не признают даже соседи. Для них он — странный гик, который часто шумит по ночам. Но для музыкальной индустрии Джеймс — безумный изобретатель, определивший звучание современной электроники. Aphex Twin разложил британскую танцевальную музыку на болтики, вдохновил Radiohead на главный эксперимент Kid A и стал важной частью культуры MTV. Ричард вырос в настоящего поп-артиста, но проник в мейнстрим на своих условиях и доказал, что даже сложная полиритмия может быть коммерчески успешной. Самая близкая ассоциация — MF DOOM, который скрывался под тонной псевдонимов и альтер эго, но даже с таким затворническим подходом стал иконой. Только Джеймс исследовал возможности аппаратуры и синтезировал звук, а главными инструментами Думилея были блокнот и ручка для записи хитрых рифм.
У Афекса получается одновременно оставаться в стороне и оказывать влияние на индустрию. Артисты все еще разбирают его открытия из прошлого века и вдохновляются не только музыкой, но и визуалом. Треки Джеймса одинаково хорошо воспринимаются европейскими рейв-бумерами, американскими хипстерами и ценителями академической музыки — каждому они открывают что-то новое.
В 90-х Ричард начинал с гипертрофированного эйсид-техно, но позже взялся за эмбиент, IDM и композиции с фортепиано. Он мог записывать удобоваримые гимны для клубов, а мог удариться в абстракции и синтезировать звуки в долгих импровизациях. От повторяющихся паттернов до треков, в которых каждый такт отличается от предыдущего, — творчество Джеймса находится на стыке примитивизма и дотошного исследования.
Syro появился неожиданно — спустя 13 лет молчания после выхода предыдущего альбома. Релиз родился в неразберихе и завалах студий продюсера. Афекс так долго копил материал, что не мог приступить к созданию нового. Ему пришлось сбросить Syro как балласт, чтобы перейти на следующую ступень.
По словам самого артиста, ты не можешь избавиться от груза хранящейся музыки, пока не выложишь ее. Из-за этого Syro может выглядеть как необязательный проект. Но рожденный в бардаке альбом отлично фиксирует психическое состояние Джеймса и его умение находить порядок в хаосе. К слову, хаотичность проекта подчеркивают «рабочие» названия треков с указанием bpm и заглавие пластинки, выдуманное сыном Афекса (подозрительно напоминающее русское «сыро»).
Эти треки появились, когда Джеймс делал перестановки в строящейся студии: он перебирал разное оборудование и создавал новые композиции. Затем альбом писался еще в 5 студиях. Многие треки были готовы уже за 6-7 лет до релиза и звучали на редких живых выступлениях Aphex Twin. Джеймс не помнит, какое оборудование использовал для каждой композиции, но всего в записи было задействовано 138 аудиоустройств.
«У меня есть несколько электромеханических роботов в одной комнате, MIDI-органы во второй и ноутбук в третьей»
Syro посвящен закрытию гештальтов. Пластинка отражает предыдущие достижения Джеймса и подводит итоги его карьеры, поэтому в ней есть след 90-х: брейкбит, драм-н-бейс, джангл, электро-фанк и другие знакомые проявления Aphex Twin. От приветливости 10-минутного «XMAS_EVET10 [120][thanaton3 mix]» до рейв-драйва «180db_ [130]» и джанглового «PAPAT4 [155][pineal mix]» — Джеймс доводит до абсолюта задумки, которые развивал с первых альбомов. Главная особенность Syro — его репитативность и в то же время динамичность. На пластинке почти каждую секунду появляются новые микрозвуки, но они не создают напряжения. Из-за этого даже скоростные треки под 180 bpm с меняющимся ритмическим рисунком подходят для фонового прослушивания.
К моменту выхода альбома Афекс стал семьянином. Тема близких ему людей проходит через весь релиз: в нем засэмплированы голоса жены Джеймса Анастасии Рыбиной и их детей. Последний трек тоже посвящен Насте, но куда интереснее история его презентации. В 2012-м на выступлении в Лондоне Ричард подвесил к потолку дисклавир (рояль, который записывает игру пианиста, а потом воспроизводит без участия человека), на котором играла композиция, и заставил его качаться. В результате возник эффект Доплера — частота звука менялась, он словно плыл. Ноты растягивались, отклонение тона было настолько сильным, что казалось, будто искажается сам инструмент.
Syro стал первым релизом Aphex Twin, получившим «Грэмми». Даже после 13 лет тишины Джеймс остался востребованным электронным артистом, чьи старые треки способны вызвать больший резонанс, чем многие современные концептуальные полотна. Укрывшись в студиях, чтобы добить демки, он заработал большую коммерческую награду, не предавая себя.