Жил-был один мужик по имени Степан.
И вот как-то раз жена пожаловалась ему, что у коров стало пропадать молоко. Не иначе, завелась в селе ведьма и отдаивает молочко, как это они, злодейки, частенько делают.
И решил мужик ведьму подкараулить. Спрятался в коровнике под старой бороной и начал ждать.
А дело было как раз в канун Юрьева дня.
Сидел, сидел наш Степаха, ждал-ждал и начал уже клевать носом, как вдруг дверь скрипнула и в коровник тихонько, бочком-бочком втёрлась большая чёрная свинья.
Коровушки проснулись, затревожились, а свинья ударилась об пол и обратилась женщиной.
Мужик чуть в голос не заорал, узнав молодуху, жившую на окраине села. Давненько ходила о ней дурная слава. Выходит, не зря!
Молодуха между тем схватила доенку, уселась на малую скамеечку поближе к бурёнке и ну тягать её за соски! Так увлеклась, что даже не заметила, как Степаха выбрался из-под бороны, подкрался к воровке и со всего маха огрел её поперёк спины тележной осью.
Она рухнула наземь, а мужик, войдя в раж, вдарил вдругорядь. Эх, беда, не знал он, что бить ведьму можно лишь единожды!
От второго удара она мигом ожила, обрела прежние силы и так люто набросилась на своего обидчика, что наш Степаха и ахнуть не успел, как ведьма вскочила ему на плечи и щипками да пинками выгнала во двор.
Здесь она сунула ему под рубашку ворох какой-то пахучей травы. И чуть только трава прикоснулась к его телу, как земля ушла из-под ног мужика.
Конечно, ведь за пазухой у него лежала чародейная трава тирлич, сок которой делает человека летучим!
Словно лёгкая пташка, взмыл Степаха в поднебесье, не чуя тяжести ведьмы, которая сидела на его плечах, крепко вцепившись в волосы, да при этом ещё и подгоняла, и пришпоривала пятками, превесело выкликая:
— А ну, наддай! А ну, шибче!
Вниз мужик смотреть боялся, высота страшнейшая, голова кругом идёт! В небесах то и дело вспыхивали сухие зарницы.
А была как раз грозовая ночь, называемая в народе воробьиная: в такую ночь, говорят, чёрт воробьёв мерами меряет.
Ветер свистел, вышибал из глаз слезы, но постепенно Степан пригляделся и увидел, что он не один в небесах. Длинной вереницею, перегоняя друг друга, неслись куда-то молодые и старые бабы, иные из них были красавицы, причём летели по небу в одних исподних рубахах или вовсе нагишом.
Сидели они верхом на мётлах или в ступах, но большинство оседлало таких же несчастных мужиков, как Степаха, и немилосердно гнало их вперёд.
А впереди вдруг забелела в лунном сиянии высоченная гора, такая пустынная и округлая, что весьма напоминала лысую человеческую голову.
И тут наш Степа понял, что это знаменитая Лысая гора, куда ведьмы и колдуны со всей Руси слетаются на свой шабаш.
Ведьма щипками и колотушками принудила его опуститься на землю, и тут Степаха уяснил, что угодил на бесовскую свадьбу. Молодой козлоногий чёрт брал за себя хорошенькую ведьмочку.
На троне, сложенном из костей грешников-самоубийц, сидел сам Сатана и с удовольствием поглядывал на невесту.
Свадьба была весёлая и буйная, до того буйная, что Степаха в конце концов накрепко зажмурился, чтоб не видеть чинимого вокруг непотребства.
Он не раз хотел осенить себя крестным знамением, чтоб разогнать злые чары, да вот беда, руки его не слушались.
Миновала полночь, где-то далеко-далеко прокричали первые петухи, и веселье сразу пошло на убыль.
К Степахе подбежала его знакомая ведьма, быстренько вскочила ему на плечи и со страшной скоростью погнала обратно, тем же воздушным путём, каким они летели, и ведьма сердито кричала:
— Поскорее, ты, кляча!
— Ладно, ладно! − Думал измученный Степаха, едва дыша от ведьминых тычков под ребра. − Мне бы только до дому добраться, а там соберу народ да потянем тебя на божий суд! Попомнишь клячу!
Тут злодейка приказала ему опускаться. И лишь только Степахины ноги коснулись земли, как ведьма выкрикнула ему в ухо чародейное заклинание, и несчастный мужик рухнул замертво.
Нашёл его поутру пастух у околицы. Насилу привёл в чувство! И ни тогда, ни потом Степаха никак не мог объяснить, почему он валяется на сырой земле весь избитый.
И драка с ведьмой, и ночной полет, и бесовская свадьба на Лысой горе начисто исчезли из его памяти!