«Чудо», которое произошло в городе Филадельфия в 1787 году, произошло в замедленном темпе, поскольку делегаты Конституционного съезда Соединенных Штатов медленно и мучительно вырабатывали один компромисс за другим в течение пяти жарких и влажных летних месяцев. Тем не менее , когда это время закончилось, чудо родов было место; У тринадцати непослушных бывших колоний был органический закон, который объединил их как сильную и единую нацию. Кэтрин Дринкер Боуэн хорошо уловила невероятное, «чудесное» качество этой последовательности событий в своей книге 1966 года « Чудо в Филадельфии» .
Боуэн, бывший студент музыки из университетского городка Хаверфорд, штат Пенсильвания, в районе Филадельфии, был историком-самоучкой и биографом. Хотя ее работы иногда недооценивали «серьезные» академические историки, ее биографии и исторические труды быстро завоевали большую и благодарную аудиторию, а ее биография юриста сэра Эдварда Кока была удостоена Национальной книжной премии. Формальное образование или нет, но Боуэн умел рассказывать истории, и эта книга - «История конституционного собрания с мая по сентябрь 1787 года» (подзаголовок книги) - это история, которая читается как роман.
Подчеркнув бурные обстоятельства, при которых встретился Конституционный съезд - Восстание Шейса произошло всего годом ранее, а существующие статьи Конфедерации оказались абсолютно неработоспособными в качестве системы правления - Боуэн запечатлел драму подобных моментов, когда делегат Роджер Шерман штата Коннектикут увидел, казалось бы, непреодолимый разрыв и нашел способ преодолеть его.
Большие штаты, такие как Вирджиния и Массачусетс, хотели пропорционального представительства, поскольку это дало бы им власть в рамках более сильного Союза, предложенного организаторами съезда. Маленькие государства, такие как Делавэр, напротив, хотели одинакового представления для каждого штата, чтобы они не могли быть подавлены большими штатами. Джеймс Мэдисон, который делал подробные записи (хотя делегаты Конвента не должны были этого делать), записал, что Шерман «предложил, чтобы пропорция избирательного права в 1-й ветви [Палаты] соответствовала соответствующему количеству свободных жителей. ; и что во второй ветви власти или Сенате каждый штат должен иметь один голос и не более »(стр. 94). Это был «Великий компромисс», который помог создать великую нацию.
Однако не все компромиссы хороши или даже хороши. Как только проблема большого государства и малого государства была решена, съезд должен был перейти к вопросу рабства. Штаты Глубокого Юга - в то время это были Джорджия и Каролина - до боли ясно дали понять, что они не подпишутся ни под одной новой Конституцией, которая оспаривает их «право» держать в неволе своих собратьев. Юг хотел, чтобы порабощенные люди учитывались для целей представительства в Палате представителей, но не для налогообложения. Север хотел, чтобы порабощенных людей засчитывали для налогообложения, а не для представительства.
В конечном итоге это привело к тому, что Боуэн метко назвал «сделкой… с некоторой жестокой целесообразностью»; при особенно гротескном компромиссе «рабы будут считаться для целей представительства и налогов в соотношении пять рабов к трем свободным белым жителям -« федеральное соотношение »» (стр. 200-201). Это был печально известный «компромисс на три пятых» - по сути, заявление о том, что порабощенный афроамериканец будет считаться тремя пятыми белого человека. Мысль отшатывается при этой идее - и при осознании того, что, несмотря на страстные осуждения рабства такими разными делегатами, как губернатор Моррис и Джордж Мейсон (сам рабовладелец), основатели фактически сняли проблему с мертвой точки. 75 лет спустя поколению Гражданской войны оставалось покончить с рабством и дать Американскому Союзу новое рождение свободы.
Боуэн храбро пытается извлечь максимальную пользу из решения Основателей, написав, что «Без нарушения Конвенции и разрушения Союза они больше ничего не могли бы сделать. Время еще не пришло »(стр. 204); но по сей день больно читать Конституцию и видеть сложные языковые искажения, которыми в оригинальном документе говорится о рабстве, без использования слова «рабство».
Боуэн также подчеркивает трудности с ратификацией Конституции, которые возникли после того, как документ был принят за пределы Конвенции и отправлен в штаты. В статье VII Конституции указано, что для того, чтобы иметь силу закона, Конституция должна быть ратифицирована девятью из тринадцати штатов. В первоначальной Конституции не было Билля о правах - Александр Гамильтон был среди тех, кто считал Билль о правах ненужным, - но многие американцы были обеспокоены документом, который так сильно укрепил правительство Соединенных Штатов, не обеспечив некоторой меры защиты прав отдельных граждан. .
