Выявление сидячих и стоячих двухколёсных повозок на примере древнейших китайских чэ-ма кэн
Г. Л. Тодд — Ph.D., Professor of History, Sias International University, Xinzheng, Henan, China — составил детальный фотоотчёт о своём посещении 15.03.2008 и 05.12.2009 Exhibition Hall of Chariot Pits, The Garden Museum of Yin Ruins в Аньяне — столице Позднего Шан (ок. 1300–1050 гг. до н.э.).[1] Здесь в одном выставочном зале размещены шесть найденных по отдельности древнейших шанских чэ-ма кэн или «ям с колесницей и лошадью»[2].
Сохранность остатков транспортных средств в них несоизмеримо несопоставима с таковой в урало-казахстанских погребениях синташты-петровки-алакуля.
И тем не менее именно высокая степень сохранности древнекитайских чэ-ма кэн позволяет в полной мере осознать необходимость максимальной осторожности в суждениях, интерпретациях и реконструкциях и следования строгим критериям объективности и достоверной доказательности.
В древнекитайских погребениях эпох Шан и Чжоу фиксируются все три главных элемента колесницы — пара спицевых колёс, открытый сзади кузов и дышло:
«китайская колесница, как и колесницы повсюду, состоит из трёх основных компонентов: кузова колесницы, в котором ездят возница и другие, системы оси и колёс и системы упряжи… Кузов колесницы с довольно однообразной высотой в примерно 40–45 см, окружённый перилами, обычно открывается сзади».[3]
Однако сразу бросается в глаза весьма низкая высота кузова, вряд ли способного служить надёжной опорой стоящим колесничим при движении/остановке/поворотах колесницы.
Рассмотрим этот момент подробнее.
Вот как описывает одно из погребений с повозкой из Аньяна XI в. до н.э. (до прим. 1050 г. до н.э.) профессор китайской истории искусств и археологии Принстонского университета Р. Бэгли: «Довольно полным и типичным примером является [могильная] яма M52, датируемая [периодом] Yinxu4 [1101–1046 гг. до н.э.], раскопанная в Guojiazhuang… M52 содержала колесницу, скелеты двух мужчин примерно от двадцати пяти до тридцати лет возрастом и скелеты двух лошадей… Колесница M52 была необычно большой, но стандартной по конструкции. Она имела два спицевых колеса, которые вращались на закреплённой оси. Ось была расположена посередине между передним и задним краями кузова колесницы. Дышло, квадратный [в сечении] деревянный брус 268 см длиной, покоилось на оси и изгибалось вверх из-под кузова до высоты ярма. Ярмо 235 см длиной несло перевёрнутые V-образные седловины хомутов, которые покоились на шеях лошадей перед холками. Ярмо было изогнуто; хотя… все образцы, ранее раскопанные в Аньяне, были прямыми. Колёса имели восемнадцать спиц и составляли примерно 140 см в диаметре. Конструкция ободов колеса была непонятна, но в других колесницах Аньяна они были сделаны из как минимум двух изогнутых деревянных деталей, в которые были врезаны спицы. Бронзовые колпаки оси с деревянными чеками удерживали колёса на месте на оси, но сами колёса не имели металлических частей (ободы и ступицы колесниц Чжоу были иногда укреплены металлическими деталями). Ось имела общую длину в 308 см и растояние между колёсами составляло 230 см. Кузов колесницы сидел на дышле и оси. Его размеры были полтора метра между боковинами и почти метр между передом и задом, с лёгкостью вмещая троих стоящих на коленях пассажиров. Боковые бортики кузова были образованы решёткой из деревянных прутьев примерно 50 см высотой; вход 40 см шириной был сзади. На дне и боковинах были найдены следы красного и чёрного лака, и возможно, что все деревянные части колесницы были лакированы... Седловины хомутов, колпаки оси, механизм для соединения дышла с кузовом и несколько небольших украшений были изготовлены из бронзы… Дно колесницы в M52 было деревянным, но некоторые колесницы Аньяна… имели дно из сплетённой кожи с несомненной целью смягчения тряски при передвижении».[4]
Могильная яма M52, Guojiazhuang, Аньян, Yinxu 4, XI в. до н.э., фотография (публикация Р. Бэгли)
Чертёж со спецификацией могильной ямы Guojiazhuang M52, Аньян, Yinxu4, XIв. до н.э. (публикация A. J. Barbieri-Low)
При столь детальном описании сохранившихся параметров кузова становится очевидным, что описываемое транспортное средство M52 являлось не боевой стоячей колесницей, а прогулочной или военно-транспортной или ритуальной/парадной сидячей повозкой, поскольку высота перил кузова в 50 см (примерно по уровень колена возницы) не позволяла им служить надёжной опорой стоящих колесничих при стремительном движении и/или поворотах/остановках этой повозки (если только колесничие не были очень низкорослыми и длиннорукими).
Необходима дополнительная информация о росте и длине конечностей погребённых вместе с данным транспортным средством возниц.
Реконструкция двухколёсных сидячих повозок, The Garden Museum of Yin Ruins в Аньяне, Yinxu, Henan, China, фотоархив Г. Л. Тодда
Но очевидно, что сама возможность существования не боевой колесницы, а транспортно-прогулочной или ритуальной двухколёсной повозки никак не рассматривается и не учитывается реконструкторами урало-казахстанских «колесниц» синташты-петровки-алакуля.[5]
Важные дополнения к изложенной выше информации делает Э. Дж. Барбьери-Лоу (выд.нами. — А.С.):
«Раскопщики M52 не нашли верхние перила и были вынуждены высчитывать конечную высоту. Некоторые раскопщики более поздних находок (Guojiazhuang 146/167; Meiyuanzhuang M1) смогли обнаружить верхние перила своих колесниц, подтверждающие, что 50–55 см действительно были предельной высотой кузова в эпоху Шан, редко превышающего верхушку колёс.
Очень низкий характер колесничных кузовов Шан привёл некоторых учёных к предположению о том, что на этих колесницах можно было ездить только стоя на коленях, ибо было бы невозможно ехать на транспортном средстве на конной тяге, когда твоя единственная опора доходила [только] до коленей.
Наоборот, многие кузова колесниц Ближнего Востока поднимались вплоть до бёдер…
Однако существует достаточно свидетельств наличия поручня в течение [периода] Западного Чжоу [ок. 1050–771 гг. до н.э.]… который был выше, чем боковые перила и проходил сбоку через кузов.
Недавние раскопки Аньяна (Liujiazhuang M348; Meiyuanzhuang M1/M40) показали, что этот поручень уже присутствовал в позднем аньянском периоде.
На основании [раскопок] Meiyuanzhuang M40 [известно, что] он был около 5 см толщиной и был соединён с боковыми перилами, возвышаясь в форме арки (arching up) и пересекая кузов колесницы.
Он получал дополнительную опору от подпорной арки, соединённой с передними перилами.
Он мог подниматься на высоту до 25–35 см над боковыми перилами, давая вознице возможность ездить в положении стоя».[6]
Погребение Meiyuanzhuang M40 в Аньяне позднего аньянского периода (ок. 1050 г. до н.э.), прорисовка (публикация Novozhenov, 2012)
Таким образом позднешанские и западно-чжоуские погребения с двухколёсными повозками на конной тяге со специальным поручнем достаточной высоты для сохранения равновесия стоящего в кузове колесничего при движении/поворотах/остановках транспортного средства являются эталонными колесничными погребениями бронзового века.
Э. Дж. Барбьери-Лоу описывает подробно только две находки погребений с двухколёсными повозками эпохи Западного Чжоу (ок. 1050–771 гг. до н.э.) с описанием деталей, позволяющим предварительно охарактеризовать их как захоронения настоящих колесниц.
Первая — это могильная яма M1100 на памятнике Liulihe в муниципалитете Beijing на месте столичного города царства Янь: «крупнейшая яма (M1100) содержала четырнадцать лошадей и пять колесниц… На её полу были помещены скелеты четырнадцати лошадей, все лёжа на боку на какой-то циновке. Всё их упряжное снаряжение было убрано. После того как лошадей положили в яму, все колёса колесниц были убраны и поставлены в линию вдоль трёх стен ямы. Наконец, колесницы без колёс были помещены на лошадях… Все кузова колесниц прямоугольные и каждый содержит особые перила… посередине короба, на которые возница мог опереться для поддержки… Колесница в середине ямы имеет следы приспособления в виде зонтика/навеса от солнца прямо над серединой кузова».[7]
Могильная яма M1100, Liulihe, муниципалитет Beijing, столица царства Янь, Западное Чжоу (публикация A. J. Barbieri-Low)
Вторая — это могильная яма M168 на памятнике Fengxi периода Раннего Западного Чжоу в Zhangjiapo: «Она… содержала две колесницы, шесть лошадей и одно человеческое жертвоприношение... Колесница справа имела колёса с двадцатью одной спицей и диаметром колеса 136 см. Ось составляла 307 см длиной, а дышло было 298 см длиной... Четыре лошади были пристроены к этому транспортному средству и каждая имела свою собственную седловину хомута. Две наружние лошади, однако, не находились под планкой ярма… Лошади несли полное упряжное снаряжение, уздечки и декоративные маски... На верхушке планки ярма над седловинами хомута были размещены колокольчики… Обнаруженная слева колесница… имела колёса 135 см диаметром и [с] двадцатью одной спицей, но каждая из их ступиц была укреплена металлическими воротниками... Её седловина хомута была изогнута высоко вверх на концах и с концов свисала некая разновидность украшения. Кузов левой колесницы был очень низким (20 см), но имел ездовой поручень для опоры возницы».[8]
Могильная яма M168 на памятнике Fengxi периода Раннего Западного Чжоу в Zhangjiapo (публикация A. J. Barbieri-Low)
Могильная яма M168 на памятнике Fengxi периода Раннего Западного Чжоу в Zhangjiapo (публикация J. Rawson), детали
Могильная яма M168 на памятнике Fengxi периода Раннего Западного Чжоу в Zhangjiapo (публикация J. Rawson), детали
В этом случае опять возникает вопрос, достаточно ли высоким был поручень колесничего для удержания с его помощью равновесия при езде стоя, что является ключевым моментом для идентификации данной двухколёсной повозки как настоящей колесницы.
Относительно реальных раннечжоских/западночжоуских (ок. 1050–771 гг. до н.э.) колесниц В. А. Новоженов указывает:
«Колесницы двухместные, появившиеся, очевидно, в конце шан-иньской эпохи, становятся самым массовым типом колесниц в западночжоуское время.
Их принципиальное отличие от одноместных экипажей состоит в более крупной по размеру прямоугольной площадке, с высоким, до полуметра, ограждением, при уменьшении габаритов колёсной базы и ярма-перекладины.
Они снабжены удобным проёмом для выхода/входа в задней части кузова, прочным передним поручнем различных вариантов конструкции.
Размеры кузова достаточные для двух человек, общей площадью не более одного кв.м.
Площадка прямоугольной, либо «D»-образной формы, всегда имеет высокое ограждение, в передней части появляется поручень на уровне пояса колесничего (до 90 см высотой), который укрепляется специальной перемычкой, прикреплённой к дышлу, и имеет несколько вариантов конструкции…
В конструкции учтены недостатки предшествующего вида колесниц, езда на них становится более комфортной благодаря появлению переднего поперечного поручня, к которому можно было привязать вожжи, пристегнуть себя за пояс и пристяжных коней, а также опереться на ухабах и резких разворотах.
Поэтому этот важный поручень укрепляется различными распорками, соединёнными с дышлом для более прочной связки всей конструкции кузова».[9]
[1][Электронный ресурс:] https://www.flickr.com/photos/101561334@N08/albums/72157636408741126 — детальный фотоотчёт Г. Л. Тодда — Ph.D., Professor of History, Sias International University, Xinzheng, Henan, China — о его посещении места раскопок колесничного погребения в Аньяне — столице Позднего Шан.
[2] Кравцова М. Е. Поэзия Древнего Китая: Опыт культурологического анализа. — СПб.: Петербургское Востоковедение, 1994. — С. 168–169; Комиссаров С. А., Хачатурян О. А. Мавзолей императора Цинь Шихуанди: Учеб. пособие для студентов отд-ния востоковедения. — Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2010. — С. 41.
[3]Shaughnessy, Edward L. Historical Perspectives on The Introduction of The Chariot Into China // Harvard Journal of Asiatic Studies. — Vol. 48, No. 1. — Jun., 1988. — P. 193.
[4] Bagley, Robert. Shang archaeology // The Cambridge History of Ancient China. From the Origins of Civilization to 221 B.C. Eds. Michael Loewe and Edward L. Shaughnessy. — Cambridge: Cambridge University Press, 1999. — P. 203–206. Чертёж со спецификацией могильной ямыGuojiazhuang M52 см. в: Barbieri-Low, Anthony J. Wheeled Vehicles in the Chinese Bronze Age (c. 2000–741 B.C.) // Sino-Platonic Papers. — Number 99. Ed. by Victor H. Mair. — February, 2000. — P. 21, Fig. 12.
Рассуждения В. А. Новоженова относительно возможности быстрой езды в положении стоя на одноместной шанской колеснице(к числу которых он относит повозку из Guojiazhuang M52) без какой-либо опоры (при одновременной стрельбе или бое с неё) представляются малоубедительными и явно вызывают сомнения у самого автора (или его информатора, если он пересказывает чьи-то слова) (далее выд.нами. — А.С.):
«Значительная серия уже зафиксированных и тщательно расчищенных колесниц в могилах позволяет с высокой степенью достоверности представить эволюцию и особенности конструкции, а также выделить отличительные черты разных категорий представленных в этой серии экипажей...
Колесницы одноместные. Размеры кузова этих колесниц позволяют разместиться в нём одному стоящему колесничему. Это пароконные экипажи с маленькой округлой «D»-образной или прямоугольной площадкой, которая имеет невысокое ограждение, либо обходится вовсе без него.
Одноместные колесницы первого типа всегда запрягались парой лошадей, мощности которых в две лошадиные силы вполне достаточно для довольно скоростной езды.
Управление такой повозкой требовало серьёзных навыков, поскольку колесничий не имел никакой дополнительной опоры во время движения, кроме натянутых вожжей.
Он должен был балансировать на оси колесницы, используя натяжение вожжей, постоянно отклоняясь назад, упираясь в платформу и при этом каким-то образом должен был освободить свои руки для стрельбы из лука или для использования другого оружия.
Поэтому неслучайна находка специальных приспособлений для фиксации ноги, отмеченная на платформе колесницы из Гоцзяжуан М52 (рис. 144:17), и «моделей ярма», прикрёпленных к поясу, которые помогали держать устойчивость при движении и освободить руки от вожжей.
Возможно, поводья просто привязывались к поясу, как это делали египетские фараоны, а управлять колесницей можно было поворотом туловища.
Колеса такой колесницы, диаметром около метра, имели широкую ступицу.
Тяговое усилие передавалось посредством прямого или слегка изогнутого дышла, поперечного ярма-перекладины, к которому крепились ярма-рогатки.
Не исключено использование кожаных ремней в качестве треугольных растяжек в местах крепления дышла к ярму-перекладине и оси к дышлу, как это показано в изобразительных источниках, однако в китайских могилах следов таких деревянных или кожаных распорок не зафиксировано.
В целом этот тип одноместных колесниц представляется наиболее архаичным во всём колесничном комплексе.
Разделяется на два подтипа: 1.1. – С округлым или «D»-образным в плане кузовом. Колесницы этого подтипа обнаружены в шан-иньских памятниках Цяобей, Гоцзячжуан, М1003, практически неизвес[т]ны в западночжоуское время и зафиксированы в несколко трансформированном виде в период позднего Чунсю (Цзиньгоу, могила Чжао Цин, М251, рис. 132), где ограждение уже достаточно высокое и имеется передний поручень, и в период позднего Чжаньго (Мацзяюаньчжуан, №4, рис. 132). 1.2. – С подпрямоугольным в плане кузовом. Колесницы этого подтипа происходят из шан-иньских памятников Гоцзячжуан, М52, Мейюаньчжуан, М41, Дасыкуньцун, М175 (рис. 133; 143; 144) и не зафиксированы в последующие периоды» (Новоженов В. А. Чудо коммуникации и древнейший колёсный транспорт Евразии / Под ред. Е. Е. Кузьминой. — М.: Taус, 2012. — С. 221; см. также: С. 228, Рис. 133,2; С. 242, Рис. 144.).
Сторонникам проникновения в Шан колесниц степного (т.е. в генезисе и по сути синташтинско-петровско-алакульского) типа, к числу которых относится и В. А. Новоженов (Новоженов В. А. Чудо коммуникации и древнейший колёсный транспорт Евразии / Под ред. Е. Е. Кузьминой. — М.: Taус, 2012. — С. 283, 285.), совершенно необходимо доказать, что самые архаичные шанские колесницы типа Guojiazhuang M52 были именно боевыми.
Однако, если это были действительно одноместные двуконные стоячие колесницы без какой-либо опоры для возницы–колесничего, то, судя по их характеристикам, они могли использоваться только при медленной торжественной езде во время парадов и ритуалов или для неспешных прогулок, но никак не в бою.
Отсылка В. А. Новоженова к практике привязывания фараонами поводьев к поясу некорректна, поскольку царские колесницы XVIII династии и позднее имели высокие передние (и боковые) перила для опоры стоящего возницы–колесничего.
Не исключена вероятность того, что т.н. одноместные двуконные колесницы на самом деле были сидячими прогулочными/обрядовыми/парадными/погребальными повозками и не более того.
Вообще с учётом идеи степных археологов–бронзовиков о проникновении колесниц синташты-петровки-алакуля в Китай очень странным выглядит то обстоятельство, что древнейшими китайскими колесницами (если это всё-таки стоячие колесницы, а не сидячие повозки, как указывают англоязычные синологи) стали и оставались на протяжении нескольких сот лет шанской эпохи такие неприспособленные для быстрой манёвренной езды и боя в положении стоя транспортные средства, которые к моменту заимствования их шанцами по логике инвазионистов должны были уже за несколько веков с прим. 2100 г. до н.э. эволюционировать в более развитые в военно-практическом плане и потому привлекательные и желаемые для приобретения и воспроизведения разновидности.
Но логика, как мы видим, является слабым местом в фантомных построениях цитируемых русскоязычных археологов–колесничников–бронзовиков и их англоязычных единомышленников…
[5] Ср.: «Отсутствие оружия в погребении и декорирование колесницы были приняты раскопщиками за указание того, что это скорее был пассажирский транспорт, а не военная колесница. Она структурно не отличается от колесниц, найденных в погребениях, которые всё-таки содержат оружие, однако нет никакой причины предполагать, что колесницы, отправляемые в битву, были неукрашенными... В Аньяне не нашли колесничного кузова с более высокими бортами, и поскольку боковины кузова колесницы M52 доходили бы только до колен стоящего пассажира, кажется невероятным, что на колесницах Аньяна ездили стоя. Использование подобных колесниц в битве недоказано (uncertain). Они могли бы служить как демонстративный транспорт для командиров или как транспорт для быстрой переброски особых отрядов с одной части поля на другую; стоящие на коленях лучники, возможно, могли бы сражаться с них. Хотя пассажиры колесницы были иногда вооружены, отсюда не следует, что оружие, которое они несли, предназначалось для использования с движущихся колесниц; в обществе военных аристократов оружие является предметом одеяния (apparel)» (Bagley, Robert. Shang archaeology // The Cambridge History of Ancient China. From the Origins of Civilization to 221 B.C. Eds. Michael Loewe and Edward L. Shaughnessy. — Cambridge: Cambridge University Press, 1999. — P. 206.).
См. также: «Раскопщики предполагают, что [повозка] M52 была транспортом для перевозки элиты, а не боевой колесницей. Я был бы склонен согласиться. Полное отсутствие оружия, роскошный декор и жёсткие доски днища — всё это говорит мне, что на этом транспортном средстве ездили на медленном параде или не ездили вообще» (Barbieri-Low, Anthony J. Wheeled Vehicles in the Chinese Bronze Age (c. 2000–741 B.C.) // Sino-Platonic Papers. — Number 99. Ed. by Victor H. Mair. — February, 2000. — P. 31; см. также: P. 35.).
Следует учитывать возможность, отмеченную Р. Бэгли и нашей супругой, историком по образованию — колесница с низким кузовом/перилами могла использоваться как платформа для стрельбы с неё лучника в положении стоя на коленях или на одном колене. Именно такая возможность была реализована в экперименте британским военным реконструктором М. Лоудзом (Mike Loades), который признал и в коротком видеоролике с репликой пароконной древнекитайской колесницы со спицевыми колёсами и с перилами высотой ниже колена показал, что ездить в положении стоя без опоры, балансируя лишь на полусогнутых ногах и руками с натянутыми вожжами, на такой повозке, несомненно, трудно, но вот езда на коленях вполне комфортна, как и стрельба в таком же положении из лука ([Электронный ресурс:] http://www.mikeloades.com/chinese-history/).
Остаётся, однако, вопрос о том, как долго сможет простоять человек на коленях в стремительно мчащейся, поворачивающейся и трясущейся повозке с тем, чтобы потом ещё (в том же самом положении или поднявшись на затёкшие ноги) участвовать в бою с необходимостью постоянного маневрирования.
С этой точки зрения более предпочтительной выглядит охота с луком с такого транспортного средства, используемого как возвышенная передвижная платформа для стрельбы стоя во время остановок и как средство доставки охотника в положении сидя к объекту его охоты.
[6] Barbieri-Low, Anthony J. Wheeled Vehicles in the Chinese Bronze Age (c. 2000–741 B.C.) // Sino-Platonic Papers. — Number 99. Ed. by Victor H. Mair. — February, 2000. — P. 29, Note 70. Хорошая прорисовка погребения Meiyuanzhuang M40 опубликована В. А. Новоженовым (Novozhenov Victor A. Communications and the Earliest Wheeled Transport of Eurasia. Edited by E. E. Kuzmina. — Moscow: Taus Publishing, 2012. — P. 204, Fig. 119.1.).
[7]Barbieri-Low, Anthony J. Wheeled Vehicles in the Chinese Bronze Age (c. 2000–741 B.C.) // Sino-Platonic Papers. — Number 99. Ed. by Victor H. Mair. — February, 2000. — P. 60–61.
[8]Barbieri-Low, Anthony J. Wheeled Vehicles in the Chinese Bronze Age (c. 2000–741 B.C.) // Sino-Platonic Papers. — Number 99. Ed. by Victor H. Mair. — February, 2000. — P. 62–63. Прорисовка той же могильной ямы опубликована в: Rawson J. Western Zhou Archaeology // The Cambridge History of Ancient China: From the Origins of Civilization to 221 BC. Eds. M. Loewe, E. L. Shaughnessy. — Cambridge, UK – NY: Cambridge University Press, 1999. — P. 395 & 396, Fig. 6.11.
[9] Новоженов В. А. Чудо коммуникации и древнейший колёсный транспорт Евразии / Под ред. Е. Е. Кузьминой. — М.: Taус, 2012. — С. 221, 227–228.
Текст и иллюстрации приводятся по изданию:
Семененко А. А. Эталон колесничного погребения или Почему урало-казахстанские погребения с повозками эпохи бронзы не являются колесничными? — Воронеж: Электронная монография на правах рукописи, 2020. — 677 с. + 575 илл. — ISBN 978-5-6043336-1-7.
(https://www.academia.edu/43462159/)
Автор — дипломированный историк со специализацией по кафедре археологии и истории древнего мира ВГУ, к.и.н. Семененко А.А.