"Маринка-Мэри-Мария"
Маринка очень хотела быть Мэри, но чаще строила из себя Марию, ту, что конечно была святой. В те минуты, когда Маринка стояла перед зеркалом, а стояла она часто, она выпускала в мир длинноногую шатенку с пухлыми губами по имени Мэри. Конечно это был собирательный образ, но настолько желанный и труднодостижимый, что Маринка, стоя всё перед тем же зеркалом, с хладнокровием искусного хирурга устраивала себе вивисекцию. Дело в том, что Маринка, живая и настоящая, была желеобразной пампушкой ростом 157см. Её маленькие пухлые ручки и ножки 37го размера были до того потешные, но с трудом могли конкурировать с её розовыми наливными щечками. Волосы её были коротенькие, жиденькие и цвета какого-то неопределённого - то ли серенькие, то ли пшеничные, добавим к ним бледно-голубые глазки и широкий крупный нос и получим печальное зрелище, по крайней мере так считала сама Маринка.
Она глядела на свое отражение и каждый раз проделывала себе новую операцию. То она уменьшала нос, который напоминал ей картофелину, то добавляла волос. С особым наслаждением она срезала с себя куски жира, приговаривая, что она негодная маленькая хрюшка. Она вытягивала своё туловище, ломала кости, сращивала их и, если результат ей не нравился, снова ломала. Сдирая свою бледную, не способную загорать кожу, она примеряла на себя другую, гладкую и бархатистую, с ровным золотым загаром.
Маринка готова была пойти на что угодно, лишь бы избавиться от этого мерзкого тела, абсолютно на всё, кроме отказа от сладкого и жирного, кроме бега по утрам и самодисциплины. Эти высоты были ей недоступны и вдоволь налюбовавшись Мэри, Маринка тащила на свет божий св. Марию. Эта вечная мученица честно заявляла, что во всем виноваты гены! Родители наградили её всем самым худшим и ничего с этим поделать было нельзя. Не помогали диеты, не помогали нагрузки, ну а про нос картошкой, блеклые глаза и жиденькие волосы и говорить излишне. Мария страдала у всех на глазах, горько, картинно. В своей мольбе к всевышнему, чтобы он избавил её от нищеты и подарил возможность ощутить на себе магию пластической хирургии, Мария была неутомима.
Походила ни на одно свое воплощение, но продолжала ждать, пока однажды не поняла, что в ожидании тает время, но не жир. В ожидании она заработала диабет и слепоту, её пухлый зад был изрезан, чтобы латать незаживающие ноги. Маринка перестала ждать, но и сделать уже ничего не могла - она таяла. Из здоровой милой пампушки она превратилась в того, кем всегда боялась быть - серой тенью, тихой и незаметной. Полюбить себя Маринке стало ещё труднее, а принять свою болезнь просто не под силу и она отпустила. Свои мечты, свою болезнь, свою горечь и тоску о потерянном времени и тогда болезнь сжалилась. Она ненадолго отступила, дав Маринке шанс просто побыть собой.