Добрый день!
Это моя первая попытка создать что-либо интересное. Текст очень долго пылился на полке и ждал своего часа. Надеюсь на обратную связь и полезную критику
Приятного прочтения, Дамы и Господа!
Название "Змей"
Глава 1.
«Солнце медленно захватывала все большие и большие площади земли, проигрывая тени. Деревья уже не казались такими ужасными созданиями, в ночи выглядевшими безумно страшно, а ветер, раскачивавший их, перестал быть предвестником страха. Солнечные лучи, пронизывая все вокруг, заставляли искриться снег, отчего он становился похож на кем-то небрежно рассыпанную алмазами степь. Птицы повыбрались из своих гнезд и, рассевшись на ветках, потянули свою громкую и певчую трель. Заяц уже вовсю скакал навстречу своим собратьям, а серый волк сидел, притаившись, из-за покрытой снегом ели. Еще чуть в стороне северные олени разрывали носом снег, ища себе пропитание. Ничто не могло потревожить великолепие этого мира…Ну или почти ничто.
Внезапно птицы прекратили лить солнцу свои трели, зайцы до того испугались, что мигом разбежались в разные стороны. Волк, до этого следивший за зайцем, сам был испуган и решил удрать, а добычи в лесу и так полно, еще найдет себе завтрак. Олени перестали искать еду и все тем же стройным табуном устремились вглубь леса. А вдалеке на горизонте, ломая вековые сосны и сгибая деревья помельче, в сторону северных окраин неслись огромной серой волной сотни мамонтов. Никто никогда не узнает что сдернуло их с насиженных мест, никто и не поймет, почему они устремились на север все и сразу, будто по велению чье-то руки. Но это лишь, если смотреть с той же стороны, что и бегущая на нас живность. А вы воспарите выше. Поднимитесь над землей метров на сорок…
Змееподобное существо медленно ползет вслед за мамонтами. Оно все покрыто чешуей, а по боками, почти посредине, сложены крылья. Конец хвоста заострен и имеет три странных мечевидных отростка, поблескивавших на свету будто металл. Ярко-красные, невообразимо ужасные глаза. Каждый, кто хоть раз встречал их на своем пути, уже никогда не вернется домой. Арктический змей, один из многих потерявших разум существ. А ведь когда-то змеи были прародителями всего живого на планете, они были высшими существами этого мира, но, власть нам миром всегда оказывается лакомым куском, даже для существ высшего знания. Они деградировали в условиях войны, которая длилась нескончаемые миллионы лет, уничтожив и почти загубив этот мир. Лишь некоторые, кто не потерял способность мыслить, воспарили и увидели ЧТО они сотворили с бедной планетой. На их плечи легла забота о восстановлении мира, только они могли воссоздать мир таким, какой он был до войны.
Остальные же, кто не смог остановиться – озлобились, превратились в тварей с голыми инстинктами к выживанию и начали уничтожать все вокруг, все, куда хватало их взгляду света...Теперь мир зависел только от Собора Священных – так назвали себя высшие разумные, так было задумано Творцом…»
Петр открыл глаза: за окном сторожевой вышки тихо шептались снегири, зимнее солнце только показалось из-за горного хребта Ихизума, а небо уже окрасилось красками.
- «И какого только черта мне приснилось все это? - вслух задумался Петр, - чушь какай-то! Драконы, змеи…Последнего дракона убили еще шестьсот лет назад, а его голова до сих пор украшает Императорский Дворец Рохиримов, которые правят этими землями». Он только успел подумать, что имеет еще некоторое количество времени для отдыха, как городские часы старой крепости Паладинская, где он и проходил службу мага в императорской армии, зазвонили, сообщая, что в городе настал полдень. Через час ему заступать на пост, а хотелось бы еще подкрепиться и успеть добраться до Небесной Обсерватории, что находится на высокой горе. Но Петр уже второй год служил в этой приграничной крепости и еще ни разу не опаздывал, так что ему было нечего бояться. Он мигом поправил свою кровать, схватил уже приготовленный мешок, накинул серую робу мага и, бросив короткий взгляд в маленькое окно казармы, быстрым шагом направился в солдатскую столовую.
В столовой было людно, повар только успевал накладывать пищу в деревянные тарелки. За одним столом кто-то дружно смеялся, за другим пили пиво, но многие быстро орудовали ложкой и спешили поскорее заступить в караул. Петр решил не стоять в длинной очереди за своей порцией, а перекусить уже в Обсерватории, где будет всяко спокойнее. Выйдя из душной столовой, он обошел плац замка и вскинул голову ввысь: его всегда поражала красота этой крепости. Выточенная две сотни лет назад в скале Мраморной горы, она и ночью и днем сияла от белизны белым лучом света, а главный замок был виден на тысячу верст, ведь вокруг горы на тысячи верст лежала голая степь. Сама же Небесная Обсерватория находилась на самом верху срезанного острия горы. Говорят, что однажды какой-то маг пытался помочь строителям выточить в Белой горе проходы с помощью своего посоха, но он так перестарался, что лучом посоха просто срезал верхушку горы, лишив её четверти своего роста. А она и так была не маленькой – около шести километров в небеса и радиусом километров пять. Как эти ученые в Императорской Академии Наук смогли высчитать все, это остается загадкой. Но с виду гора казалась просто огромной, нерушимой крепостью.
Вся работа Петра заключалась лишь в наблюдении за огромной территорией к югу. Вся эта крепость и впоследствии обосновавшийся тут город всегда был пограничным, первым рубежом обороны Рохиримской Империи от темных и демонических сил, которые раньше довольно часто вторгались в страну, неся разрушения. Гарнизон Паладинска включал в себя около трех тысяч лучших всадников империи – паладинов, готовых в любую секунду вскочить на своих белоснежных коней самой выносливой и быстрой породы – симанор. Эти лошади могли перевозить паладина в полном вооружении и с такой скоростью, что даже летающие ящеры – назулы, не могли их догнать. Так же, на случай осады, крепость могла представить атакующим около сотни магов и десяти тысяч лучших стрелков-латников – такая сила могла сокрушить любого врага. Сто пятьдесят лет назад, во время вторжения племен Северных орков в империю, передовой отряд стрелков-латников, состоящий из восьмидесяти воинов, две недели сдерживал врага, закрывшись в крепости Архельм. Эти мужественные воины положили добрую половину всего вражеского войска и ни на дюйм не отдали родно земли. Именно поэтому эти воины считались элитой войск Императора наравне с магами южных земель, паладинами и охотниками Эливира – личной гвардии Его Величества.
Именно с такими размышлениями Петр и добрался по мраморным ступеням до Обсерватории, где его уже ждал съемный караул.
- «Ну неужели! Я тебя уже минут пять жду, Петр, ты где пропадал?» - воскликнул удивленный Якоб с легкой угрозой на лице.
- «Прости, шел долго, путь-то не близкий» - стал оправдываться Петр.
- «Ну все, я пошел отсыпаться, а ты иди – высматривай за камнями врага» - с улыбкой на лице прокричал убегающий Якоб, и вскоре скрылся в проходе.
Петр шумно вдохнул прохладный воздух и побрел в Обсерваторию, оставляя на снегу следы своих сапог. Он вошел в башню, снял накидку и с облегчением бросился на деревянный табурет. До начала его караула оставалось еще двадцать минут, так что он мог потратить их на обед, что он и сделал. Он выложил из мешка кожаную флягу с водой да пару булочек, которые и проглотил за пару мгновений, после чего поудобнее устроился на стуле и установил свой взгляд на механизме под названием «Арион», который и был целью его работы. Принцип этого механизма был очень непонятен даже многим паладинам, а ведь среди них редко встречались люди, не знающие механики, да и других наук тоже – среди них редко встречались простые вояки, которых так любят поносить некоторые аристократы, никогда не служившие в армии Его Величества. Даже многие маги не понимали принцип работы Ариона, хотя за два года службы Петр смог разобраться в нем лучше других в этой крепости. Одно ему не было понятно до сих пор – природа невидимых лучей. Вообще-то в основе этого механизма лежал ограненный в икосаэдр редчайший металл на этой земле – филлений. Этот металл испускал невидимые лучи особой природы, которые, проходя через особую систему линз и решеток, позволял смотреть на сотни миль вокруг. Такие механизмы стояли на всех пограничных крепостях и городах империи, а самая большая из Небесных Обсерваторий стояла в столице Рохиримской Империи – Римане. Ограненный филлений, который использовался там, был в человеческий рост высотой, что позволяло императору заглядывать в любой уголок империи и править еще эффективнее. Камень же в Паладинске и остальных городах не превышал и трех карат. Да и вся работа в этой обсерватории сводилась лишь к поддержанию магом испускаемого луча, который любой он чувствует даже на большом расстоянии, и сообщении всем постам крепости о появлении противника.
Покончив с мыслями, Петр встал и подошел к прозрачному трону, который переливался всеми цветами радуги из-за поглощения приходящей энергии филления – это и было место его работы. Он присел на трон и закрыл глаза: ему представилась чудная картина, которую он наблюдает уже второй год. Горный хребет Ихизума и горная река Иривенд к северу от крепости, Мрачные Степи и пустынные долины, а так же вечно зеленые магические леса Ахелема – владений лесных эльфов. Снова он наслаждался этими красотами. Он заглядывал под каждый камушек, в каждую норку. Он смотрел, как живет природа, но за всем этим великолепием он смог рассмотреть нечто…
Огромный, как в его странном сне, змей. Но у него не было крыльев и был он больше похож на королевскую кобру огромных размеров. А хвост оканчивался не тремя отростками, а одним тонким и острым шипом. Петр резко вскочил и взлетел на колокольню, соединенную с обсерваторией. Он стал яростно звонить в колокол, думая лишь о горящих глазах той твари. Маг Совета Избранных добрался на своем орле к нему через минуту. Спрыгнув с орла, он вбежал в колокольню и приподнял лежащего на полу Петра, но все еще отчаянно дергающего рукой звонильную веревку колокола.
- «Петр, что произошло? Почему ты использовал «Колокол Смерти», ты же знаешь, что он применяется только в крайнем случае?» - прокричал на него Риман. Только тут Петр понял, что он использовал колокол, после которого все воины крепости готовятся к обороне, а все жители города уходят в катакомбы, специально для них и устроенные.
- «Там, змей, посмотрите сами…» - только и смог прошептать он. Риман быстрым шагом направился в обсерваторию, шурша своим белым одеянием. Вернулся он через несколько секунд, а над Петром уже вовсю хлопотали такие же как он, серые маги.
- «Его в лазарет к врачам, срочно! Ариен, останься, иди в обсерваторию и следи за противником, а я соберу совет замка - на что Ариен лишь кивнул и скрылся в башне, а два других взяли Петра и потащили в лазарет. Риман забрался на орла и попросил – в дворец крепости, скорее».
Совет замка прошел в довольно напряженной обстановке. Мэр города, вместе с капитаном стражи Давидом Тулом спорили с Ариеном. Но как только маг вышел на середину зала и, приложив руки к прозрачной сфере с метр высотой, спроецировал увиденное им в обсерватории изображение, все сразу притихли, а в глазах многих читался ужас.
- «Мы не знаем, как такому маленькому камню удалось заглянуть на расстояние, которое может видеть лишь обсерватория Римана. Но это не может быть ошибкой, этот механизм работает уже четвертую сотню лет и он еще никогда не подводил!, - напряженно говорил Ариен – все, что мы можем сделать – направить орлов и проверить наши сомнения. Но и не забывайте готовиться к осаде»
- «Это существо слишком большое. Даже всех моих солдат не хватит, что бы победить его в чистом поле. Как вы думаете, Ариен, откуда он взялся? Я думал, что с драконами было покончено еще шестьсот лет назад», - не смог удержаться Тул. Он был одним из немногих капитанов войск империи, которые хорошо относились к магии и магам в целом. Да и вообще, капитан Давид Тул, хоть и был связан с царствующим домом корнями фамильного дерева, никогда не был похож на тех изнеженных и аристократичных особ, так любящих ошиваться возле царского трона. Он никогда даже лично не был знаком с императором. Однажды он был приглашен на банкет, в честь дня рождения императора, но в то время в государстве эльфов – Ивраэль, шла война с орками, а капитан командовал там всей посланной туда рохиримским третьим корпусом. Когда гонец прибыл к нему в шатер, капитан лишь поблагодарил и гонца и императора, но сказал, что покуда идет война, а его солдаты воюют, он не вернется домой. На том все и закончилось. В общем, капитан был мужественным человеком, аристократом, но больше лишь простолюдином.
Совет продолжался еще некоторое время, где они обсуждали насущные вопросы. Все же остальное было решено еще в начале, а орлы отправлены через минуты после завершения. Если расчеты Ариена были верны, то на том месте орлы окажутся через неделю, а возвратятся через две. Все это время нужно пристальней следить за территорией и усилить стражу всей крепости. Петр же быстро оправился от увиденного шока, хотя он больше паниковал не из-за того, что такое существо еще может обитать на этих землях, нет. Его поразило то, что змей был сильно похож на змея из его сна. Когда его выпустили из лазарета, он первым делом отправился к Ариену с просьбой пустить его на два дня в ближайший город. Ариен легко выписал ему коня для путешествия, и Петр отбыл из Палладинска.
- «Простите, но библиотека уже закрывается. Приходите утром, мы открываемся в девять» - добрый и такой милый голос девушки, библиотекаря Большой Аллайской Библиотеки, оторвал его от разглядывания одной из статей.
- «Уже? Что-то засиделся я у вас - ответил Петр, улыбаясь в ответ – говорите, завтра в девять? Хорошо, спасибо. Завтра ждите». И быстро схватив обе книги, которым было лет по семьсот, направился к книжному стеллажу. Аллайск как место своего отдыха Петр выбрал не случайно, именно в библиотеки этого города сохранились рукописи времен последних драконов и именно тут он хотел отыскать хотя бы некоторые их описания. За целый день он перелопатил сотню документов и залез в добрый десяток архивов, но ничего нужного он не нашел. Только надышался пыли да время потратил, думал про себя Петр. Но он и не догадывался, как же ему повезет…
На второй день он, проснувшись довольно рано, решил прогуляться по улице. Петр вышел из таверны и вдохнул холодный зимний воздух. Постояв так несколько минут, он двинулся на окраину города, где еще вчера приметил возвышенность, откуда должен был открываться хороший вид на город. Но в тот самый момент, как Петр прошел через огромные арочные врата Аллайска, на горизонте, где находилась крепость Паладинская, раздался оглушительный рев. А спустя всего мгновение небо на горизонте окрасилось свинцовым облаком. Дикий рев разнесся вновь и стражники на воротах только сильнее взялись за копья, а их зубы тихо скрежетать. Недолго думая, Петр пулей влетел в ворота и спустя секунды уже умчался в сторону ужасного рева.
Петр попытался приоткрыть глаза, но веки плохо его слушались, впрочем, чувствовать он мог лишь затхлый запах пещеры и сквозняк, гуляющий по его босым ногам. Он лежал на кушетке и пытался прийти в себя. Но у него получилось лишь тихо простонать. Тут же рядом появился старик в рваной и грязной рясе, с длинной седой бородой и такими же седыми волосами. На груди у него болтался золотой крест: он блестел и отражал свет, идущий от свечи на столе, а своим сиянием отличался от всей этой обстановки. Монах снял с головы Петра повязку, промочил её и положил вновь, а потом тихо произнес:
- «Тише, сын мой, тебе надо отдыхать. Спи» - голос его был настойчив, а Петр все равно не смог бы и связать двух слов. Именно поэтому Петр залепил веки и попытался вспомнить, как он тут очутился и что с ним произошло.
Он стоял посреди некогда огромной крепости, а его грудь вздымалась под тяжестью кирасы. Все, что могло гореть – сгорело, а гарнизон уничтожен. Может еще остались люди в заваленных катакомбах, но туда никак не попасть. Петр вздохнул и начал спускаться вниз по некогда красивым белоснежным домам, которые теперь превратились в руины. В руках он держал камень, тот самый ограненный филлений, но зачем он взял его посреди руин Небесной Обсерватории, ему было не понятно. Он спускался все ниже, а горный орел, что доставил его на самый верх, сейчас парил высоко в небе. Его древесный окрас немного блестел в лучах солнца, пробивавшихся из-за антрацитовых туч, а глотка издавала истошные вопли скорбящей птицы. Но Петр оторвал свой взгляд и устремил его в более-менее сохранившийся дворец. Дворцовая Палата Паладинска, именно там заседал совет города и находился архив, выточенный глубоко в горной пароде и поддерживаемый особой магией. Там могли спастись люди – только эта мысль била, будто тяжелая булава по его голове все то время, что он бежал туда. Через двадцать минут спринтерского бега он добрался до развалин дворцовой палаты и даже успел залезть в дыру одной из сохранившихся стен. Но тут за спиной раздался зловещий рык, а спустя мгновение он прозвучал уже выше, но более грустно. Учитывая, что все это сопровождалось взмахами огромных кожаных крыльев, Петр быстро сообразил, кто именно сейчас горюет на развалинах Небесной Обсерватории. Дракон и только дракон. Никто больше не мог издавать такие громкие и странные звуки. Петр родился и вырос в горной провинции Уреал-Дурун – единственном месте, где все еще водились назгулы, схожие с размерами орла, большие летающие ящеры. А потому Петр легко распознавал их дикий рев. Но этот был вовсе не такой, уж очень отличался он от воя диких назгулов. Хоть сомнения все еще врывались в его разум, он все же мгновенно выбрался из развалин и поспешил наверх…
#фэнтези #Роман #молодой писатель #интересное