Глава XXXI
Филимонов сидел за столом своего кабинета и уже в который раз изучал заключение экспертов. Ерунда, какая-то творилась вокруг дела Лобина. Вот, казалось бы – есть труп, есть орудие убийства, то есть яд. Даже мотивов хоть отбавляй, своим поведением Сергей умел вызывать негативные эмоции. А вот убийца, как в воду канул. Опрос соседей ни к чему не привёл. Они даже Ильину не заметили, мало ли кто в квартиру убитого приходил. У него чуть не каждый день новая девица околачивалась, каждую запоминать что ли? Отравляющее вещество изучили вдоль и поперёк. Сомнений не было, за основу взят яд Борджиа – мышьяк, фосфор, соли меди… Даже железы древесной жабы, и те применили. И на ферму эту жабью он лично мотался. Ничего! Ни единой зацепки. Отличались только листья растений из Южной Африки. Итальянские отравители взяли те, что были привезены первыми христианскими миссионерами. Растительное сырьё для данной смеси было посвежее, и по своему составу отличалось от тех первоначальных, хотя менее ядовитым от этого не стало. Итак, мы имеем человека, неплохо разбирающегося в старинных ядах, и, более того, синтезировавшего по крайней мере один образец смертоносного вещества. Хотя, с другой стороны, можно не обладать специальными знаниями, а нужный токсин приобрести через третьих лиц на чёрном рынке.
Владлен Дмитриевич запустил пятерню в волосы. Отчаянно захотелось закурить, но эта привычка волевым решением была оставлена им несколько лет назад и возвращаться к ней не собирался. Оставался кофе. До хорошего напитка нужно было ещё добраться, поэтому пришлось заливать в себя ерунду из автомата, за которой пришлось выйти в коридор, рискуя нарваться на кого-то из коллег, а то и вовсе на начальство, требующее немедленного отчёта по продвигающемуся расследованию. Филимонову повезло. Начальству было явно не до него, а от встреченных коллег удалось отстать буквально через пару фраз.
Вернувшись, в кабинет, Филимонов отхлебнул дымящийся суррогат и вернулся к размышлениям. «Итак, со стороны яда зацепок не обнаружилось. Пока. Значит, будем по второму кругу опрашивать коллег и родственников». Он пододвинул к себе листочек с протоколом Альбины Анатольевны… «Тётка, значит», вчитываясь в стандартные ответы, крутил в голове Владлен. «Что-то ему во всём этом не нравилось. Возможно, высокомерие главреда, с которым она держалась на взятии показаний. Явившись во всём великолепии, сверкая дорогой ювелиркой – то, что вещицы не куплены в ближайшем магазине, а обладают какой никакой историей, Филимонов знал, разбирался как-то в одном деле, пришлось подробно изучить предмет, – дама умудрилась проехаться по самолюбию Перепёлкина и эта же участь могла постигнуть самого Филимонова, если бы не его безмятежность и знание психологии подобных людей. А может его всё же насторожило с каким хладнокровием женщина отвечала на вопросы, ненавязчиво оборачивая следствие против Истягиной. И если Светлана Ильина действовала грубо, в лоб заявляя, что писательница её подставила. То Альбина действовала изысканнее, сообщала сухие факты, изредка перемежаемые фразами типа «ранее незаслуженно пользовавшейся безлимитным кредитом доверия», «коллекционирует мужские сердца» и «прекрасно разбирается в тонкостях преступлений. Как автор, разумеется». Эти и подобные им фразы были рассыпаны по всей беседе, и непосвящённый в психологические тонкости человек не обратил бы на них внимание совсем, но Филимонов о так называемых «ключах» знал не понаслышке. Но ему по долгу службы положено, а откуда такие подробности у Альбины Анатольевны? И самое главное, для чего она это делает?
– Перепёлкин, – прозвонил он помощнику. – Пора нам наведаться к редактору на повторную беседу. Через десять минут выезжаем.
Он отпустил кнопку аппарата и, прихватив стаканчик с уже полностью остывшим, а потому невозможным на вкус, кофе направился к выходу. Едва Филимонов открыл дверь поступило уведомление на компьютер, и следователь чертыхаясь опять пошёл к столу. Заглянув в служебный ящик, к своей радости он обнаружил входящий от судмедэксперта, он постоял немного, не зная куда девать мешающий стаканчик, затем, сделав над собой усилие, выпил содержимое залпом, и сел за комп. Времени просматривать дополнительно запрошенное заключение не было, поэтому он просто распечатал документ и прихватил его с собой, изучать по дороге.