Бывший барабанщик AC/DC Крис Слэйд, который также играл с The Firm, Гэри Ньюманом, Томом Джонсом, Uriah Heep, Manfred Mann's Earth Band и Asia, рассказал в интервью Vinyl Writer Music о том, как в один и тот же день он получил приглашение от Дэвида Гилмора быть барабанщиком в его туре и от Джимми Пейджа — играть в супергруппе The Firm. Крис Слэйд вспоминает о том, как Дэвид Гилмор и Джимми Пейдж позвонили ему в один день: «Однажды в обеденный перерыв мне позвонили и сказали: "Привет, Дэвид Гилмор на проводе". Я сказал: "Да ладно, Фред. Я знаю, что это ты; ты меня разыгрываешь". А он: "Нет, нет. Это Дэйв Гилмор". Я: "О! Привет, Дэйв. Как поживаешь?" И он сказал: "Я собираюсь в тур, и я хотел бы, чтобы ты играл на барабанах". Я сказал: "Вау, это фантастика. Но знаешь, я работаю с Миком Ральфсом". И он сказал: "О да. Это прекрасно, потому что Мик тоже в деле". Итак, я согласился на это в 1984 году. Я думаю, что это был — на самом деле это был 83-й год — потому что я сказал своей миссис:
Бывший барабанщик AC/DC Крис Слэйд, который также играл с The Firm, Гэри Ньюманом, Томом Джонсом, Uriah Heep, Manfred Mann's Earth Band и Asia, рассказал в интервью Vinyl Writer Music о том, как в один и тот же день он получил приглашение от Дэвида Гилмора быть барабанщиком в его туре и от Джимми Пейджа — играть в супергруппе The Firm.
Крис Слэйд вспоминает о том, как Дэвид Гилмор и Джимми Пейдж позвонили ему в один день:
«Однажды в обеденный перерыв мне позвонили и сказали: "Привет, Дэвид Гилмор на проводе". Я сказал: "Да ладно, Фред. Я знаю, что это ты; ты меня разыгрываешь". А он: "Нет, нет. Это Дэйв Гилмор". Я: "О! Привет, Дэйв. Как поживаешь?"
И он сказал: "Я собираюсь в тур, и я хотел бы, чтобы ты играл на барабанах". Я сказал: "Вау, это фантастика. Но знаешь, я работаю с Миком Ральфсом". И он сказал: "О да. Это прекрасно, потому что Мик тоже в деле".
Итак, я согласился на это в 1984 году. Я думаю, что это был — на самом деле это был 83-й год — потому что я сказал своей миссис: "Хорошо, мы пойдём в паб и отпразднуем. Я встречаюсь с Гилмором через несколько месяцев". Я вернулся из паба, зазвонил телефон, и я услышал: "Алло, это Джимми Пейдж".
Я сказал: "Фред, теперь я знаю, что это ты, приятель..." — "Нет, нет, нет. Это действительно Джимми Пейдж". Я сказал: "Я не могу в это поверить". А он сказал: "Мы с Полом Роджерсом собираем группу, и мы бы хотели, чтобы ты играл на барабанах".
Я такой: "Ты не поверишь, Джимми, но час назад я сказал Дэвиду Гилмору, что поеду с ним в тур". Он спросил: "И сколько это займёт времени?" Изначально это должно было занять три месяца; это был трёхмесячный тур, и, очевидно, он уже был забронирован.
Я сказал: "Это займёт три месяца". И Пейдж такой: "О, это нормально; мы подождём". Я недоверчиво посмотрел на телефон. Этот тур с трёх месяцев растянулся на год. Я продолжал звонить Джиму и говорить: "Джим, они добавили ещё один месяц. Они добавили ещё два месяца".
А он отвечал: "О, хорошо, дай нам знать", что я и сделал. В итоге они ждали целый год, пока я закончу гастролировать вместе с Гилмором. Так что это было действительно нечто; это был день с Большой буквы. Я не помню дату, но я отметил её в своём календаре в то время».
Безусловно, Джимми почитается как один из величайших гитаристов в истории музыки. Однако с точки зрения товарищей по группе, каково было работать с ним над проектом?
«О, это было здорово; он действительно приятный человек. Хотите верьте, хотите нет, но у него нет никаких претензий. Я никогда не видел, чтобы он бросал воблер, как мы говорим в Британии, если это не было профессионально. Да, он может бросить профессиональный воблер — другими словами, всё неправильно настроено, или есть какой-то сбой в звуке. Но никогда не переходит на личности. С ним было здорово работать».
Ритм-секция группы была невероятно слаженной. Вы с Тони очень дополняли друг друга.
«Это было потрясающе. Он отличный музыкант. Конечно, он играл на безладовом басу, и в этом серьёзное отличие; он более лиричен и мелодичен. Но Тони совершенно фантастический. До этого он работал с Роем Харпером, но мало что успел сделать.
Мы поддерживаем связь время от времени. Он живёт в Калифорнии, и я раньше тоже жил в Калифорнии; мы жили недалеко друг от друга. Раньше я постоянно видел его на выставке NAMM, но я не был на ней уже около пяти лет. Мы также тусовались вместе; в свободное время мы вместе ходили в бары. Это были действительно хорошие отношения».