Всем доброго дня!
Находясь под огромным впечатлением от недавней поездки в Мексику, я старалась поделится с вами всем увиденным и услышанным! В голове – до сих пор мешанина из яркой мозаики картинок и безумного количества обрушенной на меня информации о краешке земли, который до сих пор ассоциировался у меня с жизненными трудностями Марианны и Марии, которым сопереживали бабушки в моем детстве (кстати, не самые худшие воспоминания: картинки красивой жизни из далекой страны были окошком в другой мир, солнечный и яркий! В беспросветные 90е, «мыльные оперы» были отдушиной для многих именно из-за своей непохожести на наши будни – мы не говорим сейчас о моральной стороне или интеллектуальной наполненности данных творений). Позже в ассоциативный ряд выстроились кактусы, текила, «сложная» граница с Америкой и древняя цивилизация майя. Индейцы майя напустили столько таинственного тумана вокруг самого своего существования, что одно их имя, упомянутое авторами книг или сценаристами фильмов, означало кровь, сокровища и Тайну.
Одним из самых больших открытий стала для меня теснейшая культурно-историческая связь Мексики и России (в то время, конечно, Советского Союза). Оказывается, именно российские ученые не просто внесли огромный вклад в раскрытие тайн древней цивилизации майя. Благодаря им, в принципе, появилась возможность приоткрыть этот «сундучок».
Имя человека, о котором я хочу рассказать, известно любому мексиканскому школьнику. На Родине о нем известно лишь интересующимся…В Мексике ему открывают памятники, в России - только необычный надгробный камень на непрестижном Ковалевском кладбище г. Санкт-Петербурга. Лишь в 2011 году в Москве был учреждён Научный «Центр мезоамериканских исследований имени Кнорозова», что также свершилось по инициативе мексиканских ученых. Таким образом, имя Юрия Валентиновича Кнорозова – великого дешифровщика письменности майя, наконец, увековечили на Родине.
Родился Юрий Валентинович в Харьковской области в 1922 году. В свидетельстве о рождении Кнорозова стоит дата 19 ноября, но сам ученый, как я понимаю, в силу своей эксцентричности, утверждал, что родился 31 августа. Он был уверен, что паспортистка просто перепутала даты…Ну, конечно, практически, абсолютно идентичные цифры, да и даты совсем рядом – как не перепутать! Все мы - люди! Кстати сказать, день рождения Кнорозов никогда не отмечал, но очень обижался, если знакомые не поздравляли его в обе даты, 2 раза в году! О его детстве ходит множество слухов, в том числе, рассказанных самим ученым. Как мне кажется, ему очень нравилось эпатировать публику. Чего стоит хотя бы история то ли с мячом, то ли с молотком от крокета, которым кто-то из старших братьев зазвездил ему по голове, да так, что мальчик практически потерял зрение. Этот случай стал поворотным моментом в биографии Кнорозова: из реального – даже в годы войны Юрия Валентиновича не признали годным для службы в действующей армии, что дало ему возможность поступить в университет и начать свою научную деятельность. Из мистического: именно этот удар, как не раз говаривал сам ученый, открыл в нем неординарные способности, к дешифровке текстов, в том числе. «Могу дать рекомендацию – говорил Кнорозов, – будущих дешифровщиков бить по башке, только не ясно как». Ходили слухи о вещих снах (о цивилизации майя, конечно!), которые он видел с детства, о лечении головной боли наложением рук, - никаких подтверждений этим рассказам я найти не смогла. Но откуда-то же они возникли… Фигура ученого настолько неординарна и одиозна, что все его странности приписывали каким-то потусторонним вещам. Ведь как мы пытаемся объяснить то, что недоступно нашему пониманию? Мистика, паранормальные способности, вмешательство потусторонних сил. Как объяснить, что молодой лингвист, сидя в своей каморке-пенале при Кунсткамере, и, ученый, безусловно способный, но занимающийся, в общем-то совсем другими темами (Кнорозов пристально изучал шаманизм в казахских степях, и даже серьезно поссорился со своим научным руководителем, поменяв тему диссертации), вдруг делает открытие мирового масштаба? Почему признанные специалисты веками бились над дешифровкой рукописей майя, а Кнорозов одолел ее так быстро, с наскока? Ну, конечно же, духи древних майя подсказали ему решение во сне! Вот понравился им наш суровый советский ученый своими целями и устремлениями (а может, суровым пронизывающим взглядом из-под густых, унаследованных от бабушки-армянки, бровей)!
В разговоре о «вещих» снах, безусловно, есть зерно истины. Ведь что такое наши сны? Я считаю - игра подсознания! Не с луны же свалился в грёзы рационального советского человека индеец майя, обманувший Диего де Ланда (о "черной легенде", отце де Ланда можно прочитать здесь) с расшифровкой майанского алфавита, и подсунувший ему название букв вместо звуков! Этот же человек подмигнул Юрию Валентиновичу (во сне, разумеется), и подсказал ему, где птица свободы Кетцаль тут зарыта! Да просто думал об этом человек днем и ночью, неотступно думал! Под подушкой у него лежала книга «черного монаха» - «Сообщение о делах в Юкатане», все стены, судя по рассказам очевидцев, были обклеены прорисовками иероглифов майя. Вот, видимо, и пришло озарение во сне, если вообще эту легенду принимать за чистую монету! И «неправильный» алфавит, который соотносил звучание испанских букв с иероглифами языка майя, оказался ключом к расшифровке Кодексов.
Сны снами, а главную исследовательскую школу майянистики, под предводительством Эрика Томпсона (американскую, конечно же!), Кнорозов разгромил в пух и прах. Томпсон считал что иероглифы майя – это символы. Представьте себе, к примеру, дорожный знак, «кирпич». Его нельзя прочитать, но глядя на него мы «считываем сигнал» - «проезд запрещен». Томпсон предполагал, что письменность майя построена приблизительно тем же образом, и даже выпустил книгу – научный труд всей его жизни… в аккурат перед триумфальной защитой Кнорозова.
Советский ученый подошел к делу с другой стороны, аналитической, и, прежде всего, детально проработал сам принцип расшифровки. Сначала необходимо было определить тип письма (идеографическое, морфемное, силлабическое, алфавитное). После этого ученый производил анализ частоты появления знаков. Вот такой метод позиционной статистики: аналитика, статистика, упорство, ну, и капля гениальности, безусловно! Книга де Ланды и копии Кодексов майя, хранящихся в Дрездене, Париже и Мадриде, стали, практически единственными точками опоры в невероятной работе Гения. Кстати, еще одна, так и неразгаданная загадка Кнорозова: никогда и никому он не говорил, как эти книги, по легенде, вывезенные солдатами-победителями из Германии, попали к нему в руки. Я слышала даже историю о том, что Кнорозов сам! вывез их из горящего Берлина! О, Божечки! Никогда Юрий Кнорозов не служил в действующей армии (помните историю с мячом и потерей зрения?), лишь в самом конце войны он все-таки был призван на службу, в школу ремонтников-автомобилистов, а Победу встретил телефонистом резервного полка Верховного Главнокомандования. Долгие и долгие годы, даже после знаменитой защиты, Кнорозов был НЕВЫЕЗДНЫМ, так как его семья, в годы войны, попала в окружение. Его даже в аспирантуру не принимали по этому поводу! Какие уж тут поездки по руинам Рейха…
Несмотря ни на что, в 1955 году Кнорозов был допущен к защите диссертации, как соискатель. Его работа, под названием «Сообщение о делах в Юкатане Диего де Ланды как этно-исторический источник», доказывала наличие у майя не только письменности, но и государства. Кнорозов рисковал своей карьерой и даже свободой, подняв такую тему. Дело в том, что она противоречила труду самого Фридриха Энгельса. Столп и гордость коммунизма придерживался мнения, что майя были дикарями, и у них никак не могло быть государства. Так что, выступив с такой тематикой, можно было и прямиком по этапу отправиться, сразу с трибуны! Но, к счастью, произошло прямо противоположное. В ходе защиты Юрий Кнорозов, продемонстрировал свои ключи к разгадке «нечитаемой» письменности майя. Его слова: «То, что создано одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим», - стали пророческими. Результаты его работы были настолько ошеломляющими, что комиссией было принято решение присудить ученому сразу докторскую степень, минуя степень кандидата. Защита Кнорозова длилась три с половиной минуты, после которых изменился весь научный мир, занимающийся мезоамериканскими исследованиями. Далеко не сразу достижения Кнорозова были признаны. Лишь к 70-м годам мир склонился перед его гением. Один лишь Томпсон так и не захотел публично признать успех коллеги! Он не мог понять: как этот коммунист, ни разу не побывав на землях майя, не вдохнувший в себя эту культуру, просто взял…и решил загадку века, по сути, заново открыв цивилизацию майя для изучения. Все дело было в подходе: Кнорозов работал как лингвист, не археолог. Сам о себе Юрий Валентинович говорил так: «Я — кабинетный ученый. Чтобы работать с текстами, нет необходимости скакать по пирамидам».
Но скакать хотелось! Безумно хотелось воочию увидеть все то, что снилось ему долгие годы, потрогать стертые временем камни, прочитать разгаданные им символы на стенах и ступенях.
Лишь в 1990г., по личному приглашению президента Гватемалы, Кнорозов впервые ступил на земли майя. Почему не выпускали ученого? Можно только догадываться! Возможно, КаГеБэ опасалось, что светило и гордость отечественной лингвистики, решит не возвращаться на родину. Кроме того, насколько я поняла, великий дешифровщик Кнорозов работал и с бумагами государственной важности, то есть, скорее всего, был допущен и к гос. тайнам… А может, все упиралась в ту же историю с жизнью на оккупационной территории в годы войны? Ученый горько шутил, что комиссия принимает решение по поводу его поездки так долго, что уже все ее члены успели побывать в Мексике. И вот, наконец, приглашение, которое отклонить не смогли, долгожданная поездка, вручение большой Золотой медали Гватемалы лично президентом и ночь на вершине пирамиды Большого Ягуара в Тикале. Кнорозов простоял там до рассвета, смоля одну сигарету за другой, и вглядываясь в далекие звезды, которые сияли для него так же ярко, как и много веков назад, когда за ними наблюдали индейцы…
После этой поездки ученый, наконец-то, смог побывать и в Мексике, посетить все знаменитые места: Паленке, Бонампак, Йашчилан, Чичен-Ица, Ла-Вента, Монте-Альбан, Теотиуакан, Шочикалько. Кнорозов не переставал удивляться, как любят и уважают его простые мексиканцы. В 1995 году, в Посольстве Мексики Кнорозову вручили Серебряный орден Ацтекского Орла за исключительные заслуги перед страной. В ответ ученый сказал по-испански: «Сердцем я всегда остаюсь мексиканцем».
До конца жизни Юрий Кнорозов не переставал удивлять своей эксцентричностью! Он мог поехать на прием в багажнике автомобиля, ставил любимую кошку Асю соавтором своих статей, и очень обижался, когда редактор убирал ее имя из публикации. Очень любил подражать кошкам, удивляя малознакомых людей: мог шипеть и фыркать на людей «по-кошачьи», или игнорировать тех, кто ему чем-то не нравился. Кнорозов не любил журналистов, а так как желающих взять интервью у Великого Дешифровщика было пруд пруди, то он выбирал нестандартные варианты «отступлений» - выпрыгивал из окна, например. До конца своих дней Юрий Валентинович работал, не останавливаясь, загораясь все новыми идеями и проектами. Был ли он чудаком? Ясновидящим? Фанатиком своего дела? Несомненно одно: Юрий Валентинович был Гением, какие рождаются раз в столетие, человеком, которого невозможно заменить, Вершителем истории.