Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Максим Николаевич своей вины перед женой не чувствовал

Максим Николаевич своей вины перед женой не чувствовал. Совсем наоборот. Он пытался вину повесить на неё. За то, что не любит ее, не любит детей, которых она родила, не выносит ее голос, походку и одежду... Он скрывал свои чувства пока росли сыновья, пытаясь ремнём укрепить свой авторитет перед ними. Дочь, рождённую уже после воссоединения семьи, так вообще в упор не видел. Его «пробило» на внучке, он только начал чувствовать что-то похожее на любовь к маленькому человечку, как ту забрали родители. И, вот, когда все дети разлетелись из условного «гнезда», сохранять видимость семьи ему надоело. Мужик он был видный, крепкий, где-то даже красивый. Здоровьем тоже господь не обидел, уже и военные раны беспокоить перестали. За всю жизнь Максим не взял в рот ни одной папиросы, может, поэтому было легче и на войне и в плену. Ему совсем не хотелось курить, он презирал курильщиков и классически заставлял сыновей жрать окурки, если заставал их с сигаретой. Давно разъехались дети, не часто балуя р

Максим Николаевич своей вины перед женой не чувствовал. Совсем наоборот. Он пытался вину повесить на неё. За то, что не любит ее, не любит детей, которых она родила, не выносит ее голос, походку и одежду...

Он скрывал свои чувства пока росли сыновья, пытаясь ремнём укрепить свой авторитет перед ними. Дочь, рождённую уже после воссоединения семьи, так вообще в упор не видел. Его «пробило» на внучке, он только начал чувствовать что-то похожее на любовь к маленькому человечку, как ту забрали родители.

Максим Николаевич своей вины перед женой не чувствовал
Максим Николаевич своей вины перед женой не чувствовал

И, вот, когда все дети разлетелись из условного «гнезда», сохранять видимость семьи ему надоело.

Мужик он был видный, крепкий, где-то даже красивый. Здоровьем тоже господь не обидел, уже и военные раны беспокоить перестали. За всю жизнь Максим не взял в рот ни одной папиросы, может, поэтому было легче и на войне и в плену. Ему совсем не хотелось курить, он презирал курильщиков и классически заставлял сыновей жрать окурки, если заставал их с сигаретой.

Давно разъехались дети, не часто балуя родителей наездами, к себе в гости не звали, внуков на лето не присылали! Жена тайком посылала им деньжат, какие-то посылки с тряпками, он не вникал в её существование.

О том, что Дарья скупает в сельмаге детские вещи, ему докладывала та самая продавщица - одинокая, чуток хабалистая и завистливая торговка. Зачем она была нужна Максиму, тот не знал. Но и отказываться от того, что само шло в руки, не особо хотелось.

Как только жена выехала «спасать» внучку из лагеря, Максим Николаевич с чистой совестью, шеей и рубахой перебрался на постой к Клавдии.

Но, такой «подставы» он от продавщицы не ожидал (подробнее в предыдущей статье). Насоветовала купить внучке куклу (на девятый день рождения), а потом ещё и жёнушку при всех в магазине унизила:

⁃ Скажи Максиму, чтоб барахло своё забрал от меня, мешает...

После пережитого в войну, когда бабуле удалось спасти своих детей в эвакуации в Германии, она жила только ими, для них и во имя своей семьи. Все остальное не имело значения.

Дорогие читатели, спасибо за внимание! Подписывайтесь на меня и на мой канал, чтобы не пропустить следующие рассказы. На канале делюсь реальными историями из моей жизни.

Также занимаюсь делаю игрушки ручной работы на заказ. Вот мой маленький магазинчик. Заказать можно здесь.