Начало
Прошлая глава
Вова заметил, что что-то не так, и истолковал это по своему, он решил, что девушка продолжает дуться на него за прошлую связь с Оксаной. Всю дорогу до дома они молчали. Вова ушёл за гаражи, а Катя, закрывшись в своей комнате, прорыдала до вечера.
Услышав, что Марина вернулась из магазина, она сразу побежала на площадку.
«Ты не будешь против, если я посижу у тебя сегодня немного»,– спросила Катя, и женщина, с головой погружённая в свои мысли, дёрнулась от неожиданности.
Только оглянувшись, она увидела соседку, на которой не было лица.
«Вы снова поругались? Иди, садись на диван, я тебе чая заварю, легче хоть немного станет»,– женщина отступила на шаг, пропуская Катю в квартиру.
Катя рухнула на диван в зале, она слышала, как Марина звенит на кухне посудой, но встать, чтобы помочь ей не было сил.
Женщина принесла и поставила на столик кружку чая. По комнате тут же распространился аромат мелисы.
«Рассказывай, чем этот горе-муж испортил тебе настроение в день свадьбы»,– Марина села рядом и обняла девушку за плечи.
«Он мне врал»,– Катя плакала, от чего, эти слова прозвучали, как заунывная песня.
«Ну, знаешь ли дорогая, Вовка и ложь, как два слова-синонима, он, ещё будучи совсем маленьким, врал по мелочи, маленькие детки- маленькие бедки, а большие дети – большие беды, так и с враньём, чуть момент упустишь и потом врать отучить практически невозможно. Парень врёт всем, друзьям, учителям, даже мало знакомым взрослым»,– женщина вспомнила, последний их разговор с парнем.
«Но я, я ведь его жена, мне-то врать зачем»,– Катя громко захлюпала носом.
«Пей чай, тебе надо успокоиться,– Марина подвинула кружку поближе к девушке,– это без разницы, жена ты, сестра ты, он привык врать, только во лжи он чувствует себя комфортно».
«Я ненавижу ложь»,– Катя стиснула зубы так, что они заскрипели.
«Да что же такого успело за день случиться»,– женщина всё ещё пребывала в неведении, именно поэтому не знала, какие слова подобрать, чтобы успокоить соседку.
«У него в кармане огромная стопка денег, а мне он врал, что не копейки за последнюю неделю не заработал»,– девушка усиленно тёрла глаза, чтоб хоть немного убрать с них солёную воду.
«А вдруг он не врал, просто не говорил правду? У взрослых так бывает. Может он действительно за всю сознательную жизнь не рубля ни заработал»,– женщина не хотела сразу всё сама говорить, и ждала, пока Катя логически дойдёт до верного ответа.
«Но, я видела деньги, не украл, же он их?– девушка на секунду замолчала,– это исключено. Здесь все друг друга знают. Может эти деньги ему дала его мать на свадьбу?»
«Ирина? Да у неё долг в моём магазине больше твоей годовой зарплаты,– Марина невольно хихикнула недогадливости своей подруги,– играет твой Вовка в карты на деньги, ещё со школы».
«Не может такого быть! Он же завязал!»– Катя недоверчиво замотала головой.
«Завязал, развязал. Я могу тебе назвать как минимум пятерых человек, которые за последний месяц жаловались, что твой муж разделал их в карты под орех. Если честно, я и сама сначала не верила, пока он махом за один день не закрыл все ваши долги. Ой, долги,– женщина выскочила в коридор и долго что-то искала в кармане кофты,– возьми, это твоё. Сегодня зашёл в наш магазин один странный покупатель, сказал, что твои игрушки нужны ему для коллекции, и купил их сразу все до одной».
«Ты меня разыгрываешь? Кому надо скупать весь этот хлам?»– девушка заглянула в лицо Марины, стараясь найти хоть какие-то признаки вранья.
Женщина поёжилась и постаралась перевести тему: «Есть ложь во благо, я, конечно, не оправдываю тех, кто так делает, но иногда лучше не говорить правду и пожалеть чувства другого. Представь, он пришёл бы к тебе и сказал, я не могу заработать денег и поэтому я играю, ты бы наверняка расстроилась, а так, он подкидывает тебе иногда деньжат, говоря, что сегодня ему повезло, и это ведь правда».
«Ты его оправдываешь?»– удивилась Катя, зная, что Марина, мягко говоря, недолюбливает её мужа.
«Конечно, нет!– женщина даже закашлялась от такого заявления,– но ты мне как родная, и я не могу видеть твои слёзы. Я предпочла бы видеть на месте Вовы своего сына. Ты же знаешь, как Миша тебя любит. Но, уважаю твой выбор, хоть и не одобряю».
«Твой Миша очень хороший, но люблю-то я Вову. Да и врядли, он меня любит, отслужит в армии, вернётся, найдёт себе хорошую девчонку, и повыкинет эту дурь из головы»,– при упоминании о Мише, девушке стало даже неудобно. Она плачется, что её обидел Вова, женщине, которая вообще предпочла бы, чтобы его не было в Катиной жизни. Но, больше ей некому было излить свою душу.
«Твои б слова да Богу в уши»,– закивала Марина.
«Я, пожалуй, пойду, времени много, а нам обеим завтра рано вставать,– заторопилась Катя, пока весь этот разговор не вылился ещё в какое ненужное русло, вроде Марина и оправдывала Вову, но девушке было неудобно выносить сор из избы,– спокойной ночи».
«И тебе»,– женщина притворно зевнула, отпуская Катю домой.
Когда дверь закрылась, женщина вернулась в свою комнату, и достала из-под подушки стопку писем. Сын писал ей, чуть ли не каждый день, и каждое письмо заканчивал вопросом «Как там Катя?». Он знал про смерть Людмилы Васильевны, но о том, что Катя живёт с Вовой, и уж, тем более, что собирается за него замуж, Марина писать ему не рискнула, до последнего надеясь, что свадьба расстроится, а теперь эта надежда растаяла как дым, и она не знала, что ответить на вчерашнее письмо. Вдруг, узнав о свадьбе любимой, парень решит покончить жизнь самоубийством. Она перечитывала вновь и вновь последнее письмо, вернее пробегала строчку за строчкой глазами, и вдруг её взгляд перескочил через кровать на прикроватную тумбочку, где лежал конверт, и на нём в строке индекса ярко синим цветом слово «ПИШИ».
Может это был знак, по крайней мере, Марина именно так его восприняла. Женщина решила, что лучше уж родная мать, чем кто-то посторонний всё ему расскажет. Она достала из тумбочки тонкую тетрадь в клетку и стала писать. Она рассказала и про Катю с Вовой, и про их последнюю ссору, и про неожиданно появившегося Ивана.
Теперь ей оставалось отправить письмо и ждать.
Оглавление