На собрании офицеров в белых рубашках было двое: командир и его зам Борисыч, но Борисыч был красивше, потому что подстригся, надел новенькие погоны и даже причесал усы. Заслушали доклады, доложили планы, взяли обязательства, торжественно пообещали, попрели (в смысле, провели прения). – А теперь, – объявил командир, – заслушаем доклад Александра Борисыча на тему "Патриотизм", да на этом и закончим. Александр Борисыч, к барьеру! – Товарищ командир! Товарищи офицеры! – начал Борисыч. – Позвольте мне в стихах? – Просим! Просим! – захлопали все в ладоши. Борисыч откашлялся. Достал из нагрудного кармана листок (тот самый – мелко исписанный с другой, ранее чистой, стороны), долго его расправлял и покашливал, прочищая горло. – Итак. Стихи: Пронёс "беломорину" мимо рта, Чуть не захлебнулся щами. В сердце колотится херня, Спать не даёт ночами. У доктора на пол средь бела дня Вылил я стакан "шила", Нет, не херня, совсем не херня, Чую, меня накрыла! И тут проскочила искра в мозгу, Жахнуло,