- Я так хотел заниматься акробатикой, но мне папа не разрешил…
- У меня даже платья на выпускной не было…
- Мама вышла замуж и отдала меня бабушке …
Нередко при детских воспоминаниях возникает чувство тяжести, какое-то неловкое и даже глупое. Человеку за 40, а он с горечью рассказывает, как мама не отдала его в школу с английским уклоном, и жизнь из-за этого не задалась. При этом в его глазах - «вся скорбь еврейского народа».
Конечно, дело не в английском, а в том, ребенок увидел в глазах матери свою незначительность, его проигнорировал самый важный для него человек. И эта ненужность фонит долгие годы, расширяясь, как круги по воде, и проявляясь в отношениях в друзьями, коллегами, любимыми и нелюбимыми.
Самые первые и от этого наиболее глубокие психотравмы наносят детям, конечно же, их родители, по большей части совершенно неосознанно. На кушетках в кабинетах психоанализа путешествие во времени осуществляется именно в детство и, главным, образом, к папе и маме. В раннем детстве родителей любить легко и просто, дети открыты этому миру, любовь – их естество, у них нет груза пережитых травм и накопленных обид (родители над этим еще работают, так сказать, в процессе). Но с течением времени память пополняется тем, что хотелось бы забыть, и идти по жизни уже не так легко и приятно. Очень сложно любить тех, кто тебя травмировал, когда должен был оберегать. Сложно, но очень хочется!
Может быть, таким образом дети учатся прощению? Не случайно в десяти Заповедях тема родителей стоит особняком: священное писание учит любить ближнего, Бога, себя и даже врага, а отца и мать – почитать, и не более. Почитать – значит, - узнавать, придавать значение, принимать.
Я знаю очень мало людей, у которых было бы спокойное отношение к родителям. Как правило, всё неоднозначно и болезненно от чувства вины за то, что не любится так, как хотелось бы. При этом неважно, живы родители или нет. Смерть любви не добавляет, а только усиливает вину. В какой-то момент я посмотрела на своих маму и папу не как на родителей, не как на вечно скандалящих мужа и жену, а как на обыкновенных людей, отдельных человеков со всеми их страхами и ожиданиями, которые встретили друг друга и родили меня. При этом ни встреча, ни рождение, не сделали их зрелыми. Ни у кого нет встроенной опции «Идеальный отец» или «Образцовая мать», которая бы автоматически включалась при появлении детей. Это все те же психологически незрелые люди, только уже с ребенком.
Тем, кто рядом, всегда труднее. Родители не могли поступить по-другому, потому что не умели, не знали как, и так и не поняли, что что-то было «не так». Но если узнать (прочитать) их жизнь, то придет понимание того, что «не ведали, что творили», а вместе с этим – и прощение.
А учиться любить надо не родителей, а своих детей, не проталкивать негатив из своего детства, как эстафетную палочку, в их судьбу. Ведь именно дети показывают нам пример безусловной любви. Кто может прощать и принимать? Только тот, кто безусловно любит. Получается, что дети приходят в этот мир, чтобы научить нас любить, а взрослые своими ошибками учат их прощению и состраданию. Взрослея, мы теряем невинность и умение безусловно любить, но наши дети снова напоминают нам, что это возможно. Придет время, когда наши дети будут учиться любить у наших внуков, и поток любви пойдет вперед, как полноводная река, от родителей к детям. И лучше не пытаться поворачивать реки вспять, а учиться прощать родителей и надеяться на сострадание повзрослевших детей. Вот такие размышления на сегодня…