Аростаты, дирижабли, аэропланы и «мертвая петля» в небе над Брест-Литовском
Детство известного советского биолога Николая Георгиевича Мятелицына прошло в Брест-Литовске. Прожив долгую, трудную, но интересную жизнь и уже будучи в преклонном возрасте, он не раз возвращался в него в своих воспоминаниях. Благодаря этим воспоминаниям, сегодня мы можем узнать о многих событиях происходивших в нашем городе в начале ХХ века. Одно из таких событий – праздник авиации 1912 года.
В начале августа 1912 года в Брест-Литовске на тумбах для афиш у входа в казначейство, аптеку, почту и на железнодорожном вокзале появились объявления о том, что в воскресенье, в два часа дня, на лугу между городом и крепостью, ставшем с недавнего времени аэродромом, состоится праздник авиации. На праздник приглашались все желающие. «Мы, мальчишки, уже с утра отправились за город, – вспоминал Николай Георгиевич. – На юго-западном краю луга красовались два высоких и широких сооружения, в которых размещались дирижабли, и были места для аэропланов. Эти сооружения назывались эллингами. Четыре аэроплана стояли рядом с ними. Поодаль виднелся аэростат, который удерживали солдаты. Потом в корзину влезли офицеры. Солдаты отпустили шар, корзина вздрогнула и отделилась от земли. Аэростат стал медленно подниматься».
Надо сказать, что впервые воздухоплавательный аппарат, а именно аэростат «Русский», над нашим городом появился ещё в 1885 году во время проходивших тогда военных маневров, а спустя несколько лет, 18 декабря 1901 года было сформировано Брест-Литовское крепостное воздухоплавательное отделение разместившееся на Тереспольском укреплении Брест-Литовской крепости. В 1907 году Брест-Литовское крепостное воздухоплавательное отделение было переформировано в батальон. В 1909 году парк брестских военных авиаторов помимо аэростатов пополнился дирижаблем «CLEMENT BAYARD» производства французского акционерного общества «Astra» после приёмных испытаний получившего название «Беркут», а в декабре 1910 года дирижаблем так же французского производства «Зодиак VIII» получившего название «Коршун». В июне 1911 года к ним добавились аэропланы типа «Ньюпор-IV», «Фарман-XVI».
Но вернёмся к воспоминаниям Николая Мятелицына, в август 1912-го: «Публика прибывала. К часу дня луг за оцеплением был заполнен. Все жители города и окрестных селений, многие с детьми, пришли и приехали, чтобы полюбоваться зрелищем. Вскоре у эллингов началось движение – десятка два солдат вывели, казалось вынесли, дирижабли в гондолы которых начали взбираться офицеры. Солдаты, удерживавшие «Коршун», по команде одновременно отпустили лямки. Дирижабль медленно, как бы нехотя, начал подниматься. На высоте 50 метров заработали моторы, и аппарат двинулся в сторону Мухавца. Затем поднялся в воздух «Клеман Баяр». Набирая высоту, дирижабли стали описывать круги, облетая крепость и город.
Вдруг раздался шум у эллингов. Четверка аэропланов после разбега поднялась в воздух и тоже направилась в сторону Мухавца. На время шумные «стрекозы» скрылись, а спустя несколько минут показались со стороны города на высоте около километра в строгом, четком строю. И так несколько раз проносились над аэродромом.
Но вот четверка аэропланов пронеслась еще раз, от нее отделился один. Он стал набирать высоту, устремился почти вертикально вверх и, задержавшись на несколько секунд, вдруг резко перевернулся к ужасу всех зрителей, принявших это за начало катастрофы. Но аэроплан перешел в горизонтальный полет с летчиком вниз головой, а затем принял нормальное положение. Этот чудо-трюк, как мы потом узнали, назывался «мертвой петлей».
Наконец аэропланы приземлились и с работающими моторами побежали к эллингам. Дирижабли, сужая круги, спустились ниже. Из окон гондол выглядывали и размахивали фуражками пассажиры.
Взволнованные жители Бреста медленно расходились и ещё долго говорили об том необычном празднике».