В литературе о Сэлинджере можно найти две противоречащие друг другу версии о военном 1944 годе сержантa Сэлинджера. По одной версии, он служил в контрразведке и в боевых действиях практически не участвовал. Да, во время D-day он был в числе атакующих, во время высадки на Utah beach. Перед этим боем в Нормандии Сэлинджер положил в нагрудный карман первые шесть глав «Над пропастью во ржи», он верил, что это сохранит ему жизнь.
Но потом он просто разъезжал вдоль линии фронта на своем джипе, допрашивал пленных и в боях не участвовал. Задачей контрразведчиков был анализ захваченных документов, но немцы практически не оставляли после себя ничего.
Другие указывают на то, что во время боя в атаку посылали всех, в том числе и контрразведчиков. Документов об этом, естественно, не сохранилось, так что на самом деле никто не знает. В любом случае, в дивизии Сэлинджера через месяц после начала боевых действий потери в людской силе составляли около 250%, два с половиной раза меняли личный состав. что-то такое. Практически, погибли все, кто высадился в D-Day. Но вся четверка джипа, четыре мушкетера, осталась в живых.
Бои были затяжными, американцы шли напролом на укрепленные немецкие позиции, и каждый метр стоил им около 30 солдат, так пишут. Было бы разумнее, считают военные историки, обогнуть укрепленные линии немцев и продолжать марш на Париж. Но командование решило иначе.
На нейтральной земле, между американскими и немецкими позициями были одиночные окопы, так называемые лисьи норы. В такой лисьей норе один солдат мог стоять на ногах и вести прицельный огонь. Когда бои затихали, на день-другой, выкапывались эти лисьи норы, и американские солдаты несли в них боевое дежурство. Было очень холодно, и бывали случаи, когда солдаты замерзали за ночь насмерть. Однажды какой-то офицер послал Сэлинджера на ночное дежурство в такую лисью нору. Его друг, Джон Кинан, дал Сэлинджеру с собой шерстяное одеяло и шерстяные носки. Каково же было удивление Кинана, когда следующим утром он увидел Сэлинджера свеженьким и чисто выбритым. Оказалось, что Сэлинджер пошел на свою позицию, но в последний момент незаметно проскользнул в дверь последнего дома на краю деревни, в которой располагалась его часть. И спокойненько провел там ночь.
К дисциплине Сэлинджер относился безо особого пиетета. Как у контрразведчика, у него были различные печати, и на своих письмах домой он подделывал печать «проверено военной цензурой» и подпись офицера. Поэтому он мог публиковаться в журналах. Посылал только что написанные рассказы редакторам и подделывал штамп «проверено военной цензурой», чтобы никто не вымарал ни слова.
Писал в это время Сэлинджер как заведенный, видимо, для него это было способом отрешиться от действительности. Думаю, он верил в то, что это сохранит ему жизнь. Небеса увидят, что он пишет, и отведут от него пули.
В джипе он возил с собой пишущую машинку и использовал для писания все свободное время. Однажды его послали на дежурство днем в лисью нору. И Сэлинджер взял с собой пишущую машинку.
Вот кадр для фильма о Сэлинджере. Фронт. Свистят над головой снаряды, а 25-летний нью-йоркский мальчик сидит на земле в лисьей норе между позициями немцев и американцев, курит очередную сигарету и печатает очередную главу «Над пропастью во ржи».
____________
Следующая публикация: ЕВРЕЙ СЭЛИНДЖЕР и НАД ПРОПАСТЬЮ ВО РЖИ