***
В древнем лесу, где живут наши души,
Мрак растекается пятнами туши.
Сонно раззявив зелёное чрево,
Небо закрыло гигантское древо.
И, почернев, словно сливы, повисли
В гуще плоды назревающих мыслей,
Завязь преподанных жизнью уроков,
Стебли надежды и памяти соки.
Скоро сползётся наесться до сыта
Потусторонняя чёртова свита.
Словно грибы, из корней вылезает
То, что похлеще кошмаров терзает:
Отблески жалких твоих обещаний,
Сладость, что мысли соблазном дурманит,
Злого упрёка глухое шипенье,
Тусклых оков проржавевшие звенья...
Даже под вычищенной половицей
Стыдно сказать, что способно развиться...
Даже от самого доброго слова
Может родиться жестокости повод.
Даже для самого глупого страха
Сшитая впору найдётся рубаха,
Даже под самой надёжною крышей
Могут укрыться летучие мыши.
И в на засов затворённые сени
Могут сквозь щели протиснуться тени.
Свято ничто не бывает без света,
Сложно распутать сплетение веток,
Оцепененье стряхнуть и решиться
К солнышку ясному снова пробиться.
В сказочной чаще, где кормятся души,
Мрак все шаги и движенья заглушит,
Спелых плодов непосильная тяжесть
Камнем на сердце усталое ляжет.
Здесь ведь не место ни людям ни птицам,
То ли бежать, то ли остановиться,
То ли ударом последним и первым
Взять и срубить это чертово древо!
