Доброй ночи, мир!
Посмешу Вас сегодня.
Искать радости в каждом мгновении жизни с ребенком с РАС (расстройством аутистического спектра) сложно, но можно. Порой ребенок сам выдает такое, от чего невольно становится смешно, если, конечно, не копать глубже.
1. Вот Вы знаете, что такое салютовый карандаш и карандаш дэвэнчиковый? А мы знаем. Салютовыми Захар окрестил карандаши с характерной окраской, там на них какие-то не то черточки, не то полосочки. Но не салют точно. А вот, поди ж ты, - салютовые.
Дэвэнчиковый карандаш, открою Вам тайну, - это карандаш из дешевых наборов магазина «Светофор». На каждом карандаше стоит загадочное de vente (пишу по памяти, надеюсь, правильно). Ну, Захар же у меня читовод-счетовод, «мама, что написано?» Прочитала ему, мол, написано «дэвэнтэ». Ну, вот, и вышли дэвэнчиковые карандаши.
2. Сидит, такой, слева от меня в купе на полке, конфету жует и вдруг выпаливает: «Я после школы в армию пойду!» - немного молчания, продолжает: «Мама, а ты со мной пойдешь? Пойдешь?» Муж сидит, ржет, попивая чай. Я рассудительно сыну отвечаю, что маму в армию не возьмут, на что мое чадо находчиво вполне заключает: «Ты меня дома подождешь».
О том, что на сегодняшний момент Захарку вообще в армию не возьмут, ему знать необязательно.
3. Дождливое, влажное утро. КПП на границе России и Абхазии. Захар не горит желанием стоять рядом со мной при проверке личности, сыну надо бежать к папе – помогать держать чемодан. Личности наши удостоверяет серьезный молодой человек. Кругом достаточно шумно.
- Парень, как тебя зовут? – неожиданно даже для стоящей вровень с сотрудником паспортного контроля меня звучит вопрос, обращенный к… Захару. Ну, е-мое, только и вздохнулось мне. А мой шишок изучает турникет на выход от этого дяди. Поднимаю мелко-крупного своего на уровень лица проверяющего, сзади пыхчу, повторяю вопрос, как тебя зовут.
- Захар, - как всегда очень тихо, когда не надо, отвечает сын. Подсказываю, что надо громче сказать, выполняет. Глаза ребенка, естественно, не фиксируются на дяде в целом и на лице или глазах его в частности. Следующий вопрос про возраст также повторяю, отвечает. Дядя его с богом отпускает. На обратном пути сына «допрашивает» девушка, но интереснее Захару от этого факта не становится. Снова рассеянно и тихо. Но ничего.
Зато Маруська, как пулеметчица: «Маша», «четыре», «Наталья Сергеевна». На обратном пути, правда, решила утаить степень родства и на вопрос, кто тебя на руках держит, партизански смолчала. Пришлось переспросить, «да, мама-мама». А то вдруг я детей ворую. Русских. Из Абхазии.
Кстати, на всем этом разъездном фоне я обратила внимание, что Захар очень четко реагирует на ограничительные полосы. Нет, сам он их не соотносит с каким-либо запретом, но когда ему проговариваешь, что за желтую/красную полосу заходить нельзя, не заходит.
«Нельзя за флажки», - по Высоцкому прямо.
Всем ясности и четкости🙂