Алексей Митрофанов рассказывает о трёх Спасах: медовом, яблочном и ореховом.
Три августовских Спаса, Медовый (14-го числа), Яблочный (19-го) и Ореховый (29-го), – самые, пожалуй, удивительные праздники православия. Они как бы связывают Божественное с обыденным, лишний раз напоминают, что Иисус – не только Бог, но также Человек. Само слово «спас» означает Иисус, то есть Спаситель.
* * *
В Медовый Спас чествуют сразу три святыни – Животворящего Креста Господня, образа Спасителя и иконы Владимирской Божьей Матери. Считается, что в этот день пчёлы заканчивают заполнять мёдом ульи. Свежий мёд освящают, начинают есть и продавать.Освящение колодцев, водосвятия, купание в освящённой воде, там же рядом купают животных. Устраивают крестные ходы. Всюду едят блины с мёдом, только что испечённые медовые коврижки, пряники, пьют медовый квас, хмельную медовуху.
Говорят: «На первый Спас и нищий медку попробует». Видимо, предполагается, что целый год потом он мёда даже не понюхает – вплоть до следующего первого Спаса. Мёд издавна считался одним из основ русской гастрономии, а заодно и фармакологии.
В лечебнике 1672 года под названием «Книга, глаголемая «Прохладный вертоград», набранная от многих мудрецов о различных врачевских вещех, ко здравию человеческому пристоящих» говорилось: «Мёд есть сок с росы небесной, который пчелы збирают во время доброе с цветов благоуханных, и от того имеет в себе силу многу и угоден бывает к лекарству от многих болезней. Мёд на раны смрадные пособляет, очем затемнение отдаляет, помазуючи или пластырь прикладываючи, распадлины рта лечит, воду мочевую порушает, живот обмятчает, кашляючим пособляет, ядовитое укушение лечит и укушение бешеныя собаки уздравляет, на раны глубокий добро пособляет, лёгкому и всем суставом нутренним несказанно есть лекарство».
А Саша Чёрный посвятил этому лакомству очень милое стихотворение:
Сладок мёд, ужасно сладок! Ложку всю оближешь вмиг... Слаще дыни и помадок, Слаще фиников и фиг! Есть в саду пчелиный домик – Ульем все его зовут. – Кто живёт в нём? Сладкий гномик? – Пчёлы, милый, в нём живут.
Неудивительно, что в православной традиции мёду уделяют такое внимание.
* * *
Яблочный Спас празднуют в день Преображения Господня. Считается, что в этот день созрели яблоки, их можно есть. До Яблочного Спаса ели только падалицу, то есть плоды, которые сами осыпались с деревьев. Девушки во второй Спас гадали и, похрустывая яблоками, думали о женихах. В храмах выстраивались очереди – освятить первый яблочный урожай. Пекли пироги с яблочной начинкой, ели блины с яблоками. Примечали погоду: «какой второй Спас, такой и январь». А на закате пели и плясали.
Зинаида Гиппиус писала в рассказе «Кольцо молчания»: «Праздник сегодняшний, Преображение, Яблочный Спас, – ведь и он тоже, в детстве, был жёлтый и весёлый». Газета «Столичная молва» сообщала в 1912 году: «Второй Спас – праздник яблок и груш... По рассветающим московским улицам громыхают на Болотный рынок крестьянские возы. На них восседают сонные, закутанные фигуры возниц. Это съезжаются на Болото из окрестных деревень...
Ради второго Спаса торговля идёт оживлённее, чем обыкновенно. – Ради праздника-то не торгуйся из-за пол-копейки! – истошным голосом взывает какой-то молодец к женщине с обликом «одной прислуги на своём чае и сахаре». – А ты, батюшка, ради Спаса уступи, – резонно замечает она и проходит дальше. Уже рассвело. Оживают амбары. С тягучим длинным скрипом отворяются железные двери. На порогах появляются заспанные «молодцы и хозяева». Хмуро почёсываются и протирают глаза. Хрипло перекликаются и здороваются: – С праздником. Со вторым Спасом. Сегодня посредине Болота, в том месте, где маленькая часовенка из белого камня, служат молебен... Плоды щедро кропятся святой водой...»
А в 1913 году та же газета сообщала: «Вчера на Болоте было торжество. У маленькой каменной сени, сооружённой ревностными фруктовщиками, перед иконой был отслужен молебен, после которого местный священник «разрешил яблочный пост» – освятил аккуратно сложенные на столе фрукты. После этого священник обошёл все бараки, кропя яблоки и груши святой водой. И две-три старушонки, строго соблюдающие «яблочный пост», купили после этого по яблочку... Последние могикане, помнящие заветы «старой Руси»!..» В этот день священники служили в специальных ризах, расшитых яблоками, грушами и виноградом. Они так и назывались – «яблочные».
* * *
Третий Спас, Ореховый, – перенесение в Константинополь Нерукотворного Образа Господа Иисуса Христа. В этот день поспевают лесные орехи – лещина. Новый урожай орехов освящали в храме, угощали ими нищих (всякий нищий сам был в состоянии набрать в лесу орехов, но важен ритуал), а потом начинали есть сами.
У третьего Спаса было ещё одно название – Хлебный. В этот день начинали печь хлеб из новой, не прошлогодней муки. Называли его также и Холщовым. Говорили: «Первый Спас – на воде стоит, второй Спас – яблоки едят, а третий Спас – холсты на горе продают». В этот день и вправду шла активная торговля простынями, полотенцами, рушниками и так далее. Но, несмотря на всё это многообразие, Ореховый Спас праздновали не так активно, как первые два.
Конечно, служили молебны, кто-то устраивал весёлые обеды в орешнике. Но в основном всё было очень даже скромно.