Первый из цикла рассказов о пацанах, шагнувших в небо
Шипящие, только со сковороды, котлеты скользнули с деревянной лопатки в тарелку, аккурат туда, где немногим ранее разместилась внушительная порция картофельного пюре на тёплом молоке, щедро политая топлёным сливочным маслом...
- Мам, я лопну!
- Ешь! В армии, небось, так кормить не будут, - улыбнулась мама.
- С чего ты взяла? Нам вообще-то реактивная норма полагается. Мы...
***
... Кто-то толкнул моё плечо, - Есть хочешь? Тарелка с пюре и котлетами испарилась. Пропали стены родной квартиры, а вместе с ними мама и ее улыбка. Я было, попытался вернуть все это обратно мощным волевым усилием, но тот же голос повторил: - Есть хочешь?
Я открыл глаза. Сон слегка ослабил свою хватку, словно размышляя, отпустить или потискать в своих объятиях ещё? Сознание хоть и медленно, но все же брало над ним верх, перемещая меня из родительской квартиры в спальное помещение казармы…
С задорного и добродушного молодого лица на меня смотрели серые, как ноябрьское небо, глаза. Как ни странно, добродушность лицу придавал довольно крепкий нос. Этот нос мог бы запросто испортить жизнь любой девушке, но испортить жизнь Юрке было выше его сил! А потому ему не оставалось ничего иного, как оправдывать своё существование, придавая Юркиному лицу такой своеобразный хитровато-добродушный вид, что я помню его до сих пор...
***
С Юркой мы были знакомы задолго до казармы. В группе оболтусов, едва перешагнувших порог средней школы, мы на протяжении пяти месяцев посещали занятия по теоретической подготовке курсантов первого года обучения Челябинского авиационного центра ДОСААФ. Но в тот период наше знакомство было, скорее, приятельским. Это потом мы еще раз пройдем ВЛК (Прим.: ВЛК - врачебно-летная комиссия) и та вновь признает нас годными к летной работе, мы снова сдадим экзамены, а после нас в числе других курсантов привезут на аэродром и определят в казарму. Судьбе будет угодно, чтобы мы с Юркой стали частью одного, десятого, экипажа третьего авиационного звена учебной эскадрильи будущих пилотов реактивной авиации, и наши койки на протяжении полутора лет будут стоять бок о бок…
***
Родом Юрка из небольшого городка - Каменска-Уральского, что расположен в Свердловской области. А потому, чтобы иметь возможность четыре дня в неделю посещать занятия в ЧУАЦ (Прим.: Челябинский учебный авиационный центр) Юрка "квартировался" в общежитии одного из Челябинских заводов, где и трудился с понедельника по пятницу. Другое дело мы, местные, Челябинские. Мы, хоть и работали кто-где, но жили всё-таки дома, с родителями, а заодно и со всеми удобствами…
***
... Я уселся на кровати. Коснулся ногами ледяного пола. Сознание окончательно вернуло меня в реальность. И поскольку Юрка только что бесцеремонно "вытащил" меня из-за стола с любимыми котлетами, мне не оставалась ничего иного, как принять его предложение.
- А что есть? - ответил я вопросом на вопрос. ХитрО улыбаясь, Юрка протянул мне целый батон бисквитного рулета с белковым кремом. В другой руке он держал такой же, только уже вдвое короче. Его весёлое настроение немедленно передалось мне и я с удовольствием принялся за рулет. Однако уже после трех-четырех мощных "укусов", которые, будь я тигр, не оставили бы добыче ни единого шанса, понял - слопать его "всухомятку" вряд ли получится. Я вопросительно посмотрел на Юрку. Тот подмигнул и заговорщицки зашептал: - Что, Данила, не выходит каменный цветок? Затем, как заправский факир, он извлёк откуда-то бутылку молока, укупоренную желтой крышкой из фольги. Следом за первой возникла вторая…
- Где ты их берешь?
- Не вникай! - хохотнул Юрка.
Чокаясь бутылками с молоком, словно знатные вельможи кубками с вином, мы умяли рулеты и сытые, довольные собой, тут же уснули.
