Раньше я не понимала, почему некоторым людям очень сложно отказаться от сладенького. Для таких людей отказ от сладкого – это нешуточная борьба, которая может завершиться нервным срывом. Таких людей буквально палкой не отогнать от прилавка с выпечкой. И пусть на последние деньги, но тортик будет приобретен и незамедлительно съеден. Ведь так хочется, хочется, хочется сладенького, что никакого терпежа не хватает удержаться.
(я не говорю сейчас о людях, страдающих заболеваниями при которых сладкое жизненно необходимо. Я говорю о людях, которые много кушают всякой вкусненькой всячины, только потому что ее обожают.)
Честно скажу, я смеялась над таким людьми, считая их желудками на ножках. Я всегда полагала, что человек разумный должен командовать своим пищеварительным органом, а не наоборот.
А если все-таки наоборот, то такое, заплывшее жиром существо, вполне заслуживает насмешек в свой адрес.
Но я не врач и не понимала, как сильно я ошибалась, пока однажды случайно не увидела одну семью.
Не буду описывать ситуацию при которой я увидела эту семью, опишу лишь то, что меня поразило.
Папа мама и дочка лет 10 - 11 с сильно заметным лишним весом вышли из магазина «Лакомка», и девочка несла в руках торт.
Довольно большой торт. В прозрачной пластиковой упаковке, перевязанной тонкими свисающими лентами, которые скручивались в спиральки.
Вы бы видели, как эта девочка смотрела на этот торт в своих руках!
Пухленькое личико светилось безудержным счастьем! В глазах блестел восторг! И весь облик девочки буквально фонил неописуемой радостью.
Девочка не сводила смеющихся глаз с торта и казалось, что кроме нее и этой сладкой выпечки в ее руках в мире больше не существовало ничего.
Честно признаюсь, я никогда не видела, чтобы так смотрели на еду, как смотрела на свой торт эта девочка.
Семья подошла к своей машине, чтобы поставить сумки в салон. Я подумала, что девочка оставит торт в машине, но нет.
Семья проследовала в «Перекус», и торт последовал с ними.
Далее семья закупилась в «Перекусе» всякой едой на вынос и вернулась к машине. И торт из рук девочки никуда не делся. Только личико ее стало еще более счастливым.
Она держава свою добычу, как коршун. Однажды даже споткнулась немного, потому что смотрела не под ноги, а только на торт, как завороженная.
Я тогда впервые так близко увидела настоящего пищеголика и отчетливо поняла, что девочка не банальная обжора. У нее серьезная зависимость.
Спустя пару дней я поделилась своими наблюдениями с подругой, и та рассказала мне о своей бывшей сотруднице. Условно назову ее Инна.
Когда Инна садилась кушать сладенькое, для нее исчезал весь мир.
В тот момент до Инны невозможно было докричаться, достучаться, дозвониться. Инна не слышала ничего.
Поедая тортики, пирожные и прочие вкусные вещи, она испытывала такое удовольствие, такое яркое наслаждение, что словно впадала в транс, в какое-то гипнотическое состояние. А после еды Инна проваливалась в глубокий короткий сон.
Я не знаю, были ли пищеголики в Советском Союзе, но я не помню, чтобы кто-то из моего окружения впадал в транс от съеденного пирожного.
И может быть правда, что в современную выпечку добавляются ингредиенты, вызывающие сильную зависимость? Только не на всех людей это действует. Впрочем, как и спиртное.
Ведь редко кто не употреблял спиртного, однако беспросыпным алкоголизмом страдают немногие.
И если выпечка вызывает такое сильное привыкание, значит нас действительно, простите, травят. Но при всем этом мы ругаем "отравившихся". Обвиняем не виновных, но пострадавших.
Скажу честно. Я теперь к магазинной выпечке отношусь с крайним недоверием. Хотя и считаю, что покупать или не покупать ее - личный выбор каждого. Нужно лишь помнить о последствиях.
Спасибо!