Над легендарным кольцом с изумрудом Сулейман начал работать до того, как получил султанские полномочия. А именно - в Манисе, которой он руководил в качестве санджак-бея. Никакой Хюррем на его горизонтах тогда ещё не наблюдалось. В наличии имелась одна Махидевран, источавшая амбре заспиртованной розы, и их совместное сокровище по имени Мустафа.
Прибыв в Стамбул и успешно освоив технику посадки на трон, Сулейман продолжает ювелирничать с колечком по вечерам и по ночам. Хобби такое было у человека. Он вообще считал, что у драгоценностей и у людей много общего. И, поднаторев в создании одних, можно постигать души других.
Махидевран об этом перстне знала, скорее всего, ещё с Манисы. И не сомневалась, что подарок готовится для неё. И её предвкушения ничто не омрачало.
Первый хальвет с Сулейманом в Стамбуле дался Махидевран не просто так - откуда-то возникла целая полоса препятствий. Пришлось даже валиде напрягать, чтобы обеспечила любимой невестке свободный доступ в "супружескую" спальню.
И хальвет-то прошёл так себе - ни рыба, ни мясо. Невозмутимо выделив духманной розе порцию династийного генофонда, его мухтешемство опять засел за свои штихели и надфили: кольцо до ума доводить.
Роза хотела сразу забрать перстень себе, но была резко одёрнута: положи и не трогай, оно ещё не готово. Через пару секунд Сулейману как будто стало неловко за свою резкость, и он добавил уже более миролюбиво: дескать, над кольцом нужно ещё немного поработать, чтобы оно было тебя достойно.
Вот как можно трактовать слова мужчины, который вроде бы бросать на ветер их не должен (ни гендер, ни статус не позволяет)? Получается, что он ей пообещал этот подарок. Пусть не прямо, но всё же вполне отчётливо.
Потому Махидевран и решила, что кольцо по умолчанию - её. Потому и боролась за право им обладать. Ей пообещали! И не кто-нибудь, а сам повелитель мира!
Обещания нужно выполнять.
Но у Сулеймана состоялся и другой хальвет - упоительный, крышесносный, поистине волшебный. С Хюррем, конечно же. И султан заметил, каким восхищённым взглядом девушка посмотрела на изумрудный перстень. Хюррем повела себя достаточно мудро: похвалила, но не попросила.
Сулеймана вдруг озарило: кольцо достойно не Махидевран, а Хюррем. Но, поскольку он поспешных решений обычно не принимал, то и это поставил на замедленную прокрутку.
Кажется, у него так и сложилось в планах: сначала осчастливить перстеньком благоуханную розу, раз уж она выудила из него обещание. А потом сделать новый, ещё лучше, - для новой фаворитки.
Это был бы идеальный вариант. Каждая получила бы своё.
Но неожиданно карты спутала маменька-валиде со своими тюремными инициативами. И Махидевран в ту путаницу не последнюю лепту внесла.
Итог: Сулейман в бешенстве, Хюррем - в ореоле великомученицы, мамаша - в демонстративном сыновьем игноре, Махидевран - в опале.
Подарок, в конце концов, делается не благодаря, а вопреки. Чтобы одной мадам указать на её место. А второй - напомнить, что он уже не мальчик и в состоянии сам выбрать юбку, под которой ему нравится гулять.
Презент торжественно преподносится Хюррем. Так и закрутилась история кольца раздора, за которое потом не одна гаремная звезда готова была душу продать.