В. В. Набоков, в моем представлении, очень высокомерный и злой человек. Эта горделивая озлобленность витает между строк текста Набоковских произведений. Такое ощущение возникает (по крайней мере у меня) на метафизическом уровне в процессе прочтения его романов. Тем не менее, эта озлобленность есть абсолютная красота, абстрактная симметрия, которая доступна только внимательным читателям.
Я плевался, когда читал роман "Защита Лужина". Небольшого размера произведение, всего каких-то 184 страницы, вывело меня из зоны комфорта. Этот роман, буквально забирает тебя в другое измерение, где ты чувствуешь себя инородным телом, которое атакуют антитела, совершенно незнакомого и неведомого ранее организма.
Сейчас все объясню.
Дело в том, что при внимательном прочтении, можно, но очень сложно заметить, что действие романа происходит в двумерном пространстве.
То есть , все события и персонажи произведения буквально плоские. Роман Набокова изобилует планиметрическими терминами.
К примеру:
1) Жена Лужина часто видит его в профиль;
2) Родители Лужина “ходили вокруг него, с опаской суживая круги”
3) В книге его отца еще лишь предстоит “найти определенный рисунок, резкую линию”
В романе определенно много символизмов и аллегорий, которые напоминают читателю о "Евклидовой геометрии".
Дело в том, что "Защита Лужина" - это Метапроза (произведение, важнейшим предметом которого является сам процесс его разворачивания, исследование природы литературного текста)
Сам Набоков в предисловии английского издания писал : "С особой прозрачной ясностью я помню наклонную скальную плиту, одетую дубом и падубом, где мне впервые пришла в голову основная тема романа..."
Таким образом, Набоков помещает главного героя в двумерный (плоский) мир, где сам Лужин, будучи инородным телом (человеком из другого измерения) чувствует себя некомфортно.
Лужин - трехмерный объект, и, на протяжении всего романа, его окружение пытается сделать его плоским. Сам Лужин привязан к трехмерным объектам (теща Лужина даже делает ему комплимент, когда тот увлекся рисованием, называя его настоящим кубистом).
С детства Лужина привлекают объекты, намекающие на существование трехмерного мира: глобус, фокусы, роман Жюль Верна "Вокруг света за 80 дней".
Позже, увлекшись шахматами, Лужин обретает что-то необычное, что не доступно для понимания другим. Иронично, что шахматная доска - это плоскость, однако Лужин имеет уникальную способность играть в шахматы мысленно, абстрагируясь от двухмерного пространства.
В конце романа Лужин понимает, что способность шахмат спасать его от двумерной жизни оказывается иллюзией, и он принимает решения выйти из игры, даже, обретая имя ("Но никакого Александра Ивановича не было")
Роман "Защита Лужина" имеет в своем составе автобиографические элементы (речь идет о детстве и о некоторых персонажах). Тут оставлю пищу для размышления...
Большое внимание стоит уделить взаимоотношениям автора и главного героя. Очевидно, что Набоков не случайно помещает свой прообраз в такие условия. Определенно, это некий эксперимент, что-то необычное. Не случайно в "Защите Лужина" присутствует отсылка на роман «Флатлаандия» Эбботта, это тоже стоит учесть.
Так же советую прочесть статью Эрика Наймана (Литландия: аллегорическая поэтика «Защиты Лужина»), где более подробно описана все то, что я перечислил выше.
Книга очень сложная для понимания, в особенности для "наивных читателей". Несомненно, пред прочтением, необходимо наглотаться морской воды, что бы не утонуть в мысленном потоке сознания автора.