В заключительный день в соответствии с программой Гаррисон привез Ельцина и Суханова к Скоукрофту, который, едва поприветствовав их, задал довольно дерзкий вопрос: "Господин Ельцин, что вы хотите от Америки?" На что Ельцин непривычно смущенно стал объяснять, что его пригласил фонд Рокфеллера, чтобы он мог познакомиться с Америкой. Потом пытался что-то продолжить, но в это время в кабинет вошел Буш. "Случайно, - пояснил он, - проходя мимо". И тут же выдал заготовку: "К сожалению, я не могу задержаться. Меня ждут журналисты. Хотят узнать о планах правительства в области борьбы с наркоманией. А как у вас в стране с этим злом?" Ельцин стал охотно пояснять, что "проблема есть, но власти и пресса ее замалчивают… Кроме того, у нас проблемы с продовольствием, медициной… Необходимы кредиты.". Буш несколько минут послушал, а потом мягко перебил гостя:
- Я должен вас покинуть. Думаю, наша страна вам понравилась. Передавайте привет Горбачеву.
Буш пожал всем руки и вышел из кабинета. Продолжалась эта встреча, как зафиксировал Суханов, ровно двенадцать минут. Смотрины состоялись. В целом счет был не в пользу Ельцина. Но за неимением другой кандидатуры при обсуждении визита на Совете национальной безопасности президент США высказался за продолжение контактов "с этим малым".
Шопронский семинар
В это же время резидентура КГБ сообщала из Вашингтона, что под "крышей" Международного института прикладного системного анализа (ИИАСА) Центральное разведывательное управление США с весны 1990 года проведет в городке Шопрон на австрийско-венгерской границе серию "семинаров" для перспективных молодых ученых из России. Для участия в их работе в состав преподавателей включена группа специалистов из ЦРУ. Во время обучения планируется глубокое изучение молодежи на предмет возможного привлечения к долгосрочному сотрудничеству. Подбор и формирование команды в России поручены надежным друзьям Запада академику Станиславу Шаталину и стажеру института, выходцу из России Петру Авену.
Самый способный ученик радикально настроенного академика экономики Шаталина по его рекомендации уже работал в Вене. Провожая год назад любимого ученика в Австрию, академик не стал скрывать свои планы и решил, что пора приоткрыть завесу секретности.
- Петр, на Западе мои друзья уже поняли, что Горбачев выработался и дальше будет только тормозом. Нужна свежая фигура. Принято решение делать ставку на Ельцина. Но у него нет своей команды. Дилетанты типа Бурбулиса для исполнения будущей задачи по слому коммунизма и экономической трансформации страны не годятся. Я болен и стар. Только такие, как ты, не связанные со старой партноменклатурой, не зацикленные на достоевщине с ее слезой ребенка и славянофильстве, могут помочь уральскому бунтарю-волкодаву. А он горит желанием сломать хребет коммунизму, разогнать Советы и внедрить либеральную модель экономики. И прямо заявил об этом в сентябре 1989 года во время первой поездки на смотрины в США. Мои братья-масоны из ложи в Цюрихе выделили для таких целей солидные средства. Их хватит, чтобы подготовить и сформировать как минимум три состава правительства. Ты первая ласточка, но для прихода весны, как известно, этого мало. До отъезда прикинь и оставь мне список кандидатов на учебу в Вене.
- Хорошо, сделаю, но сразу могу назвать Гайдара, Чубайса, Нечаева, Шохина, Кагаловского, Машица. Потом - мои ровесники и друзья Андрей Вавилов, Владимир May, Сергей Васильев, Борис Федоров, Алексей Улюкаев, юрист Сергей Шахрай. Почти все прошли подпольные семинары в Змеиной Горке под Ленинградом. Подойдут для этой цели и более старшие коллеги, такие как Сергей Игнатьев, Евгений Ясин, Александр Лившиц, Яков Уринсон. Всех их тошнит от коммунизма.
- А как насчет Явлинского? Говорят, талантлив. И Ясин о нем хорошо отзывается.
- Слышал и я такое. Но Гайдар утверждает, что с ним нелегко. Очень честолюбивый и упрямый. Влиянию не поддается. К тому же страдает, как считает Гайдар, минимум двумя комплексами - недостаточной экономической образованностью и комплексом народного защитника. Боюсь, не впишется он в наши ряды.
- Согласен, пусть продолжает работать на Горбачева. Толку от нашего главного перестройщика все равно никакого. Хотя я так Михаилу Сергеевичу поверил и пошел за ним. Даже однажды поклялся в верности. Теперь понимаю, что это из-за Раисы Максимовны. Ладно, все. Этот этап пройден. Вот тебе телефон. Позвонишь в Вене. Скажешь: от меня. Поезжай и не забудь оставить мне список. Второй экземпляр передашь руководителю семинара.
ИИАСА был создан по инициативе США и СССР в 1972 году в атмосфере потепления американо-советских отношений. Церэушники сразу усмотрели в этом шанс для создания еще одного канала воздействия на научную элиту СССР и не упустили его. Постепенно через агентуру влияния им удалось увлечь идеей совместного системного анализа проблем мирового развития часто бывавшего за рубежами СССР и очень влиятельного в Москве Джермена Гвишиани. Он стал директором института с советской стороны. Зять главы правительства СССР Алексея Косыгина не был идейным ортодоксом и даже убежденным коммунистом и очень подходил на роль проводника новой политики сближения (конвенгерции) двух систем. А на самом деле - одностороннего внедрения в сознание советской элиты политического мышления на базе либеральных ценностей. С целью закрепления его положения и создания больших возможностей для легальных контактов с Гвишиани его, единственного ученого из СССР, приняли в элитный масонский Римский клуб. Косыгин очень уважал и доверял Гвишиани - мужу единственной дочери. С этого времени масонам и ЦРУ был открыт канал практически непосредственного доступа к мыслям и сознанию, а в какой-то степени и к действиям самого авторитетного руководителя советской страны. К тому же назначение Гвишиани на пост одного из директоров ИИАСА придавало этому на самом деле осиному гнезду ЦРУ в Европе образ респектабельного проекта по взаимовыгодному сотрудничеству соперников в холодной войне. Так что "студенты" такого института не очень рисковали запятнать свою репутацию перед друзьями и властями. Наоборот, во время пребывания в Шопроне в их сознание настойчиво и умело внедрялось понимание и уверенность в приобщении к мировой экономической и политической элите и политике мирного сосуществования.
Политическое руководство СССР такие и подобные шаги принимало за чистую монету и скрытой подоплеки в идее конвенгерции не замечало. А таких "троянских коней" к тому времени было задействовано уже немало. Особенно крупно мы "залетели" в Хельсинки, когда нас втянули в обсуждение четвертого раздела Соглашения о безопасности и сотрудничестве в Европе (в будущем ОБСЕ). Так называемой гуманитарной корзины. Любят нас дурить "друзья" и сейчас под всякими словечками типа "дорожная карта", "гуманитарное сотрудничество", "партнерство ради согласия" и т. п. В 70-х годах идею конференции в Хельсинки с целью закрепить послевоенные границы выдвинул СССР. Видимо, боялись, что раньше или позже западные союзники перестанут считаться с ялтинскими и потсдамскими решениями о послевоенном устройстве мира. И вот тут нас ждал подвох. Они пошли на это так легко, что у наших деятелей "в зобу дыханье сперло". Увидев наше состояние, "друзья" тут же подсунули свою тему. Собственно, она их только и интересовала. Название ее было продумано заранее, звучало безобидно и вообще выглядело просто изящно: "обмен идеями и людьми" и "обязательства в этой области не относятся к числу исключительно внутренних дел государств - членов ОБСЕ". Тот самый Гвишиани рекомендовал Косыгину и Брежневу согласиться с содержанием гуманитарной корзины соглашения. И мы клюнули. Как же, мы, советские, такие отзывчивые на добро - и не пойти навстречу! Именно с этой поры и по настоящее время диссиденты внутри страны получили международную защиту. Фактически мы согласились на то, чтобы на "ковре" сошлись в поединке подросток и богатырь, пусть и дряхлеющий. Но как можно совсем молодые идеи во многом еще идеального, хотя и справедливого по сути социализма выставить для открытой схватки с либеральными идеями, которыми уже несколько столетий дурманят головы обывателям и фасад которых еще не утратил своего "волшебного" обаяния? Таких обманок в мире немало. Пустите наркотик в открытую продажу - и завтра половина населения откажутся от пищи. Создайте новую секту - и отбоя от желающих в нее вступить не будет. Предложите учредить партию честных людей, и все мошенники станут ее членами.
А послевоенные границы вчерашние союзники и до и после подписания Хельсинкского соглашения соблюдать не собирались. Да и перекраивать их давно научились каждые два-три десятка лет. Иное дело - с идеями. Они как блажь: если втемяшится какая, за сотню лет не вышибить. Это как с козырем. Как ни ходи, а он всегда старше. И открыли мы по этому соглашению свой эфир через отказ от глушилок для радиостанций "Свобода" и "Голос Америки", и стали мы с жадностью ездить в ев-ропы с америками - глядеть и балдеть от фасадов и витрин, а также теплых и сказочных средиземноморских и атлантических красот. Куда нашей приарктической пустыне!