В 1948 году четыре советских адмирала предстали перед судом Военной коллеги Верховного суда СССР. Сегодня некоторые историки называют это действо не иначе как «судилищем». После смерти Сталина все они были реабилитированы. Однако из всех четверых, что называется, малой кровью отделался только Кузнецов. Алафузов и Степанов оказались за решеткой, а Галлер умер в психиатрической больнице.
Донос капитана Алферова
Если верить Владимиру Жухраю, автору книги «Личная спецслужба Сталина», в начале 1947 года генерал Лавров получил сообщение о том, что в период Великой Отечественной войны советские адмиралы Лев Галлер, Николай Кузнецов, Владимир Алафузов и Георгий Степанов без согласия Государственного Комитета Обороны и властей страны передали британцам секретную документацию на парашютную торпеду. Тем самым военачальники якобы усилили мощь английского флота. Это сообщение основывалось на рядовом доносе, офицера Военно-Морского флота СССР. По словам Жухрая, письмо написал служащий Минно-торпедного управления, капитан первого ранга по фамилии Алферов.
Вся информация об этой истории была передана Лавровым лично Иосифу Сталину. Согласно изданию «Все правители Москвы. 1917-2017», Михаила Полятыкина, незадолго до этого пост заместителя министра вооруженных сил занял Николай Булганин, а через несколько месяцев он стал заместителем Председателя Совета Министров. Последнее назначение сделало Булганина заместителем самого вождя. Именно Булганин, по мнению «подсудимого» Кузнецова, и сыграл центральную роль в «деле адмиралов». В частности по указанию Булганина состоялся суд чести, который стал отправной точкой для репрессий в отношении упомянутых морских офицеров.
Суд чести и суд Военной коллегии
Вообще, организацию так называемых «судов чести» инициировал Андрей Жданов. Как считает Владимир Кузнечевский, автор издания «Сталин и «русский вопрос» в политической истории Советского Союза. 1931-1953 гг.», по замыслу Жданова суды чести должны были стать эдакими инструментами для воздействия на государственный и партийный аппарат. В послевоенные годы суды чести были довольно привычным явлением. Суды устраивались над сотрудниками министерств образования, геологии, электропромышленности, станкостроения, а в 1947 году суд чести состоялся и в Министерстве вооруженных сил. Тогда на скамье подсудимых оказались перечисленные выше адмиралы.
Если верить Вячеславу Звягинцеву, автору книги «Трибунал для героев», суд чести признал всех четверых виновными в передаче информации британцам и ходатайствовал перед Советом Министров СССР, чтобы дело было отправлено в суд Военной коллегии. Так и случилось. Кузнецова, Галлера, Алафузова и Степанова взяли под стражу, а в феврале 1948 года суд под председательством Василия Ульриха огласил обвиняемым приговоры: Галлера «наградили» 4 годами лишения свободы, Алафузов и Степанов получили по 10 лет, а Кузнецов, благодаря своим заслугам перед родиной, коими, кстати, могли похвастать и его коллеги, от уголовного наказания был освобожден.
Дальнейшая судьба адмиралов
Впрочем, это вовсе не значит, что Николай Кузнецов прямо-таки легко отделался. Как утверждает Михаил Болтунов, автор издания «Дипломаты в погонах», Кузнецова понизили в звании до контр-адмирала. Еще до смерти Сталина, а именно в 1951 году, он был даже назначен военно-морским министром СССР. Однако снова адмиралом Николай Герасимович стал только в 1953 году, то есть после того, как с него сняли судимость. К тому же, эта опала оказалась не последней. Позже адмирала обвинили во взрыве линкора «Новороссийск» и в 1956 году отправили в отставку. Между тем, как пишет Дмитрий Волкогонов в своей книге «Семь вождей», в момент трагедии Кузнецов вообще находился в отпуске по болезни.
Более печальная участь постигла трех других участников судебного процесса. Владимир Алафузов был лишен высокого звания. В заключении он, как и Георгий Степанов, находился до 1953 года. Тогда же их обоих и реабилитировали. Как утверждает В. Н. Булатов, автор книги «Адмирал Кузнецов», впоследствии по инициативе главкома ВМФ Алафузову и Степанову были выделены квартиры, оказана материальная помощь и гарантирована работа на флоте. Но самой трагической оказалась судьба Льва Галлера. Через несколько месяцев после приговора он был помещен в Казанскую психиатрическую больницу МВД СССР, где и скончался в июле 1950 года.