Здравствуй, уважаемый читатель, сегодня я бы хотел познакомить Вас с одним уникальным сражением 1829 года, в ходе которого этот бриг вступил в бой с 2 турецкими - 110-пушечный «Селимие» под флагом капудан-паши и 74-пушечный «Реал-бей» под флагом младшего флагмана.
Учитывая при этом что бриг "Меркурий" имеет такие характеристики, как:
Длина по палубе — 30,9 м
Длина по ватерлинии — 23,6 м
Ширина с обшивкой — 9,7 м
Углубление форштевнем — 2,74 м
Углубление ахтерштевнем — 3,96 м
Глубина интрюма — 2,94 м
Водоизмещение — 390 т
Артиллерийское вооружение:
24-фунтовые каронады — 18 шт.
36-фунтовые пушки — 2 шт.
Экипаж — 110 человек
Сказать что преимущество не на стороне моряков флота Российской империи, ни чего не сказать, когда корабли поравнялись и начался бой, рассчитывать приходится лишь на везение.
Очень хотелось бы отметить не сам бой, а решимость моряков и офицеров, и их совет перед боем: По давней воинской традиции первым имел привилегию высказать свое мнение младший по чину. «Нам не уйти от неприятеля, — сказал поручик Корпуса флотских штурманов И. П. Прокофьев — Будем драться. Русский бриг не должен достаться врагу. Последний из оставшихся в живых взорвет его на воздух». Командир брига «Меркурий» 28-летний капитан-лейтенант Александр Иванович Казарский, за бои под Варной в 1828 г. награжденный золотой саблей и считавшийся одним из храбрейших офицеров Черноморского флота, в своем донесении адмиралу А. С. Грейгу писал:
«…Мы единодушно решили драться до последней крайности, и если будет сбит рангоут или в трюме вода прибудет до невозможности откачиваться, то, свалившись с каким нибудь кораблем, тот, кто еще в живых из офицеров, выстрелом из пистолета должен зажечь крюйткамеру». Закончив офицерский совет, командир брига обратился к матросам и канонирам с призывом не посрамить чести Андреевского флага. Все единогласно объявили, что будут до конца верны своему долгу и присяге. Перед турками был противник, предпочитавший смерть капитуляции и бой спуску флага.
После таких слов, речей, началась быстрая подготовка к бою, зная при этом что кому придется подрывать корабль в близости одного из двух кораблей противника, чтобы нанести Турецкому флоту как можно больше ущерба и отправить один из кораблей в ремонт или даже потопить его взрывом. Казарский прекрасно знал слабые и сильные стороны своего брига. Несмотря на девятилетний возраст (не преклонный, но почтенный), «Меркурий» был крепок, правда тяжеловат на ходу. Прекрасно держал высокую волну, зато в штиль совершенно грузнел. Спасти его могли только искусство маневра и меткость канониров.
Трехдечный турецкий корабль «Селимие», имевший на своем борту сто десять орудий, попытался зайти с кормы. После первых залпов от неприятеля поступил приказ о сдаче, но команда ответила ожесточенной стрельбой. Завязался бой. Огромным тридцати фунтовым ядром пробило борт «Меркурия» и убило двух матросов. Командир умело маневрировал «Меркурием», так, что большинство неприятельских снарядов не достигало цели и лишь трепало паруса. Искусные маневры сопровождались залпами из всех орудий. Канониры били прицельно по рангоуту, чтобы вывести вражеские суда из строя, поэтому человеческих потерь у турок оказалось немного. Щербакову и Лисенко это удалось: Казарский подошел почти вплотную к «Селиме», чтобы снаряды могли попасть в цель. Марсель и брамсель сразу повисли и на линейном судне капудан-паши. Получив сильное повреждение «Селиме», был вынужден прекратить бой и лечь в дрейф. Однако напоследок он выбил залпом одну из пушек «Меркурия».
Залп турецкого корабля пробил корпус «Меркурия» ниже ватерлинии, угроза затопления нависла над отважным бригом. Матрос Гусев и мичман Притупов рванулись к пробоине. Гусев закрыл своей спиной дыру и потребовал прижать его к ней бревном, только после криков, сопровождаемых крепкой бранью, мичман подчинился матросу и устранил течь, вмяв героя как заплату.
Густой рой ядер, книппелей и брандскугелей полетел в «Меркурий». На требования «сдаваться и убирать паруса» Казарский отвечал залпами каронад и дружным ружейным огнем. Такелаж и рангоут — вот «ахиллесова пята» даже таких гигантов, как эти многопушечные великаны. Наконец метко пущенные 24-фунтовые ядра «Меркурия» перебили ватер-штаг и повредили грот-брам-стеньгу «Селимие», что совершенно нарушило гротовый рангоут корабля и заставило его лечь в дрейф. Но перед этим он послал в бриг прощальный залп со всего борта. «Реал-бей» настойчиво продолжал бой. В течение часа, меняя галсы, он бил бриг жестокими продольными залпами.
Второй турецкий двухдечный корабль «Реал-бей», имеющий семьдесят четыре пушки на борту, атаковал «Меркурий» с левого борта. На бриге трижды возникал пожар, но сплоченная команда дралась до последнего. Возгорание было быстро потушено, имелись многочисленные повреждения в корпусе, рангоуте, парусах и такелаже. От выстрелов нельзя было увернуться, оставалось только атаковать ответными ударами и меткими выстрелами были, наконец, перебиты фор-брам-рей, грот-руслен и нок-фор-марс-рея противника. Упавшие лисели и паруса закрыли отверстия для пушек. Эти повреждения лишили «Реал-бей» возможности продолжать преследование, и в половине шестого он прекратил бой.
Хоть это и не было великим сражением, в ходе которого был разбит флот и потоплено много судов, это сражение на морской глади производит на меня огромное впечатление о храбрости и мужестве людей того времени, об их сильных тактических умениях, умении везти бой и вести за собой людей как на смерть и к победам, не сдаваться врагу казалось бы в очень невыгодном положении, и даже выйти из него чуть ли не победителем, обойдясь малыми жертвами, контуженный, с перевязанной головой, А. И. Казарский подсчитывал потери: 4 убитых, 6 раненых, 22 пробоины в корпусе, 133 — в парусах, 16 повреждений в рангоуте, 148 — в такелаже, разбиты все гребные суда.
На этом я бы хотел закончить рассказ об подвиге бесстрашных моряков маленького брига "Меркурий", героические действия, военная смекалка и знание сильных и слабых сторон своего корабля, уверенность и безошибочность в своих действиях даже в условиях тяжелого боя может спасти не только большую часть экипажа, но и сам корабль.