Следующей целью был БСМ. Любочка проводила меня в класс штата, в котором три следующих курса должны были сделать из меня полноправного сотрудника организации.
В новом большом здании весь персонал ниже Статуса 2 теперь учился в отдельном помещении в самом конце длинного коридора за этикой.
Супервизировать новобранцев доверили уже отлично надрессированной Свете Мацицкой.
Вот тут-то я по-настоящему познакомился с технологией обучения Л. Рона Хаббарда!
Всё, что на предыдущих курсах воспринималось мною, как высокие требования, оказалось БОЛЬШОЙ халявой!
Достаточно было на две секунды задуматься после вопроса: «Скажи, что значит слово “вылезли”?», или начать ответ с чего-то вроде «Э-э-э», Света тут же выдавала: «Фланк! Проясни, что значит “вылезли” и продолжай изучать с этого места». Если непонятое слово обнаруживалось в начале курса, приходилось изучать всё заново. Любые пререкания встречались жёсткими ТУ и, если это быстро не помогало – направлением в этику.
«Прояснить» теперь означало не просто найти подходящую дефиницию в словаре, мысленно её пересказать, составить два-три предложения и продолжать заниматься дальше. Это оказалось сокращенной технологией, для «сырых» саентологов.
Полная же требовала тщательного прояснения всех дефиниций слова, включая идиомы, выяснения этимологии и, порою, даже демонстрации каждого понятия при помощи пластилина. Само по себе, и это было бы не так страшно.
Однако, прочтя определяющую часть, семантика раскрывалась отнюдь не всегда. А тогда непонятое следовало искать во всех объясняющих словах, знаках препинания, условных обозначениях словаря и так до бесконечности.