Выяснилось, что 14 из 30 осужденных военной коллегией Верховного суда виновными себя не признали, десять признали свою вину только в том, что слышали "антисоветские" или "клеветнические" разговоры от других лиц, а в террористической деятельности вину свою отрицали. И только шестеро признали себя виновными в террористических намерениях против Сталина. Среди них брат и племянник Каменева, Муханова, Чернявский, Синани-Скалов и Гардин-Гейер.
- Как будто все сто десять арестованных должны признаться в том, что они намеревались убить Сталина, - прокомментировал автору этой книги один из ветеранов НКВД. - Так не бывает. Посвящают в подобного рода дела как можно меньше участников. Шестеро - и то много.
Тем не менее вывод проверяющих был однозначным: дело создано НКВД искусственно, показания получены противозаконными методами.
- Чепуха! Сработала политическая конъюнктура, - убеждал меня отставной энкаведэшный генерал. - Я хорошо знаю это дело. Замысел убить Сталина был. Троцкисты и белогвардейцы-эмигранты искали выхода на Кремль. Как обычно в таких случаях действуют? Через технический персонал - библиотекарш, телефонисток, парикмахерш. Они обычно кичатся своей причастностью к сильным мира сего, не в меру много болтают. Опытному агенту выудить у них необходимые сведения о распорядке дня жертвы, маршрутах его движения - раз плюнуть. Тем более у такой обслуги, которую подобрал тогдашний секретарь ЦИК Енукидзе. Недаром его исключили из партии с редчайшей для лиц его уровня формулировкой: за бытовое разложение. Кого он только не привел в Кремль! Были там и наркоманки, и алкоголички, и лица с нетрадиционной сексуальной ориентацией… Оргии устраивали чуть ли не ежедневно. Такие работники - идеальный материал для вербовки. Их и использовали…
- Но ведь осужденных по "кремлевскому делу" реабилитировали еще в 1958 году. Кроме нескольких человек…
- Да, тогда не осмелились назвать невиновными Льва Каменева, сына Троцкого Сергея и, кажется, Глебову-Каменеву-Афремову. Была такая литераторша, в издательстве "Академия" работала. Родственница Каменевых. Их реабилитировали уже при Горбачеве, в 1988 году.
По словам престарелого энкаведэшного генерала, материалы, на основании которых были реабилитированы все сто десять участников первого "кремлевского дела", малоубедительны. Они состоят в основном из отрицания своей вины самими осужденными.
- Я читал эти документы. Какие там доказательства невиновности осужденных? Библиотекарша Муханова, находясь в тюрьме, в тысяча девятьсот тридцать седьмом году рассказывала, что начальник секретно-политического отдела НКВД угрожал ей: если она откажется на суде от своих показаний, данных на следствии, то ее расстреляют. Синани-Скалов тоже делился с сокамерниками: он признал себя виновным в результате принуждения и угроз расстрелом со стороны следователей. И так далее, и тому подобное. Других подтверждений невиновности нет.
ОТ МИНЫ В МАВЗОЛЕЕ ДО СТРЕЛЯЮЩЕЙ РУЧКИ
В 1938 году, когда начался крупномасштабный военный конфликт у озера Хасан, из числа бывших белогвардейцев, осевших в Маньчжурии, был сформирован отряд террористов. Они шли на верную смерть, ибо поставленная задача - уничтожить Сталина разрывными пулями из автоматического оружия - исключала вероятность уцелеть.
Отряд камикадзе переправили в Турцию, откуда диверсанты должны были по отдельности пробраться на советскую территорию и выйти в район Сочи. По системе подземных коммуникаций смертникам предстояло проникнуть в павильон Мацесты, где в то время будет находиться Сталин. Детали операции тщательно отрабатывались лучшими японскими разведчиками. Неоценимую услугу оказал перебежавший к ним в начале лета 1938 года начальник управления НКВД Дальневосточного края Г. Люшков. Он знал систему охраны Сталина, расположение комплекса Мацесты, поскольку работал до этого в центральном аппарате НКВД.
Однако покушение провалилось. Отряд к месту сбора не явился. Участники операции один за другим были выловлены по мере их проникновения на советскую территорию. НКВД был заблаговременно предупрежден о готовящейся акции, и сделал это надежный источник по кличке "Лео", работавший в Маньчжоу-Го.
Вторая попытка японских спецслужб устранить Сталина относится к 1939 году. На этот раз планировалось пронести мину замедленного действия в Мавзолей. Она должна была взорваться в десять часов утра первого мая, во время праздничной демонстрации, когда на трибуне саркофага Ленина собиралось все советское руководство. И в данном случае органы НКВД были заблаговременно предупреждены все тем же информированным источником "Лео". Подробности этих операций приведены в книге японца Хияма Есиаки "Японские планы покушения на Сталина", вышедшей в Токио.
Не отставали от японцев и немецкие спецслужбы.
"ДЛИННЫЙ ПРЫЖОК"
До ноября 1943 года Сталин ни разу не выезжал за пределы СССР. Первая его официальная зарубежная поездка состоялась в Тегеран, где проходила встреча "Большой тройки". В столицу Ирана съехались лидеры СССР, США и Великобритании.
Согласно расхожей советской версии, этим обстоятельством не преминули воспользоваться германские спецслужбы, которые намеревались осуществить теракт против Сталина, Рузвельта и Черчилля. Берлин санкционировал операцию, которой было дано кодовое название "Длинный прыжок".
Возглавить ее поручили знаменитому Отто Скорцени - начальнику отдела тайных операций СС, прославившемуся дерзким освобождением Муссолини. О плане ликвидации "Большой тройки" случайно узнал обер-лейтенант Пауль Зиберт, он же советский разведчик Николай Кузнецов, находившийся в тот момент в украинском городе Ровно. Ему стало известно, что в Берлине формируется специальный отряд диверсантов для отправки в Тегеран. Рассказал об этом прибывший из Берлина болтливый немецкий офицер, который, будучи подшофе, предложил Зиберту оказать содействие, если у него появится желание вступить в этот отряд. Советский разведчик тут же доложил о сверхважной новости в Москву.
Так, во всяком случае, излагалось в известном старшим поколениям кинофильме "Тегеран-43".
А в повести "Заговор против "Эврики" ("Эврикой" Черчилль предложил назвать встречу в Тегеране) действует советский разведчик Илья Светлов. Конечно же, он не только выступает под видом офицера германской военной разведки, не только оказывается в центре подготовки террористического акта против "Большой тройки", но и командируется в Тегеран. Там советский разведчик совершает чудеса героизма - с помощью направленных из Москвы чекистов срывает планы террористов, арестовывает главных участников заговора, а одного из них уничтожает лично.
В книге известного журналиста-международника, бывшего переводчика Сталина В. Бережкова "Тегеран-43", изданной в 1968 году, тоже говорилось о существовании заговора против "Большой тройки". Правда, кроме имени разведчика Н. Кузнецова, в книге никто больше не называется.
Не пришло время? Увы, и в постсоветских публикациях, которые не оставили закрытой ни одну тайну недавнего прошлого, в эту тему не добавлено ничего нового.
А может, и добавлять нечего? Может, заговора против "Большой тройки" и в помине не было?
Действительно, сегодня рассекречены все самые жгучие советские тайны - от таинственных приложений к пакту Молотова-Риббентропа до героев атомного шпионажа. На этом фоне срыв заговора в Тегеране никакой государственной тайны не должен составлять.
Однако, судя по рассекреченным документам, замысел, касающийся уничтожения лидеров трех держав антигитлеровской коалиции, существовал.
Архивы свидетельствуют, что с идеей личной встречи "Большой тройки" выступил американский президент Рузвельт.
Это предложение содержится в его послании Сталину от второго декабря 1942 года. Почти целый год шел трудный обмен мнениями. И лишь восьмого ноября 1943 года Рузвельт - последним из "тройки" - дал согласие на встречу именно в Тегеране.
В ночь с 27 на 28 ноября 1943 года в Тегеране состоялась конфиденциальная встреча Молотова с послом США в СССР Гарриманом.
Молотов сообщил Гарриману: советской стороной получены неблагоприятные сведения о том, что прогерманские элементы в Тегеране готовят враждебные акты против руководителей союзных государств. Поэтому с точки зрения лучшей организации совещания и для того, чтобы избежать поездок по улицам, было бы безопаснее, если бы президент Рузвельт остановился в здании советского посольства.
В ответ на это Гарриман сказал:
- Президент Рузвельт с самого начала предполагал остановиться в советском посольстве. Исходя из того, что посольство США в Тегеране расположено крайне неудобно-в полутора милях от города, в связи с чем предстояло много передвижений по улицам - в Белом доме было принято решение воспользоваться любезным предложением маршала Сталина. Но уже накануне отъезда из Вашингтона президенту Рузвельту сообщили, что передвижение по тегеранским улицам совершенно безопасно, и поэтому, а также для того, чтобы не создавать неудобного положения для Черчилля, он решил остановиться в американском посольстве.
Выслушав, Молотов нетерпеливо произнес:
- Мы располагаем более новой информацией, и она, господин Гарриман, касается безопасности руководителей наших держав.
Американский посол попросил поделиться подробностями.
- Речь идет о лицах, связанных с германским агентом в Иране Майером, - сказал Молотов. - Иранское правительство приняло меры и выслало некоторых лиц из группы Майера за пределы страны. Однако его агенты еще остаются в Тегеране, и от них можно ожидать актов, которые могут вызвать нежелательные инциденты. Поэтому представляется целесообразным осуществить первоначальное предложение о том, чтобы президент Рузвельт остановился в советском посольстве.