«Сильфида» для меня один из самых любимых спектаклей, один из самых прекрасных. Он поставлен очень мудро. В нем сценография и расстановка персонажей имеют очень большой смысл. Потому что мизансцены надо отрабатывать вплоть до всех жестикуляций.
Первый акт – это дом Джеймса, его пространство. Второй акт – это поляна в лесу, пространство Сильфиды. Потому все мизансцены сделаны так: в первом акте первый жест и шаг его, а во втором акте, так как это царство Сильфиды, первый жест и шаг ее. И не может быть никак иначе: кто, где дома, кто, где хозяин – даже это очень важно в романтическом спектакле.
Мне выпало счастье танцевать на старой сцене Большого театра. Было сделано так, что эта поляна была на краю обрыва и это хорошо было видно из зрительного зала. Дальше было ущелье с танцами счастья и радости на краю этого ущелья. Даже дерево, откуда Сильфида снимает гнездо, растет на краю – это продолжение рода и счастья. Это все имеет большой смысл.
Когда идет знаменитый танец Рил, где только Джеймс видит Сильфиду, это не просто так, что он бегает как дурачок из угла в угол, а это немножко помешательство. Она ему задурманила голову.
И ведь дело в том, что Сильфиды не добрые, они оккультные существа. И что еще очень важно: у Сильфиды обязательно на крылышках должно быть павлинье перо. Павлинье перо – смысл оккультизма, и это никому не надо было объяснять в XIX веке.
Сейчас мы этого практически нигде не увидим, кроме спектаклей Пьера Лакотта, который очень точно работал по литографиям XIX века. Но в спектаклях Лакотта есть одна важная ошибка: на пальцах могли танцевать только Сильфиды. Не может быть никаких классических танцев в первом акте. Ни в балетной обуви, ни на пальцах. Это должна быть характерная обувь с каблучком. Конечно, он поставил очень красивый балет, но там много вот таких неточностей. Лакотт ставил балет в ХХ веке и воссоздавал его по описанию того, как было у Тальони.
И что еще очень важно: действие происходит в Шотландии. Все одеты в килты, а килт – это не просто клетчатая юбочка. Узор килта – это родовой знак, и у всех, кто присутствует в этом пространстве, разные килты с разной клеткой. Ведь это все разные семьи.
Эффи выходит в костюме с определенным рисунком. К концу первого акта она меняет платье на свадебное, надевает клетку рода жениха Джеймса и он покрывает ее своим гербовым шарфом. Это своего рода аллюзия, где в конце второго акта Джеймс будет заколдованным шарфом покрывать руки Сильфиды, чтобы она не улетела, чтобы ее обнять. Он этим самым клянется ей в верности.
Балет «Сильфида» Бурнонвиля сохранился наиболее точно, и он никогда не сходил со сцены Датского королевского балета. Но он много раз изменялся благодаря эстетике новых исполнителей. Конечно, какие-то вещи добавлялись, какие-то наоборот. Было там это па-де-де или оно вставное, очень много спорят, но мне нравится, когда оно есть. В этом есть упоение не только танцем, но и упоение общения Сильфиды с Джеймсом на этой поляне.
Потом очень важный момент, когда у нее падают крылья – надо понимать, как они падают, как сделана эта машинерия. И ведь самый большой смысл в том, что потеряв крылья, она теряет зрение. Она, уже ничего не видя, говорит ему последние слова. Джеймс садится на колено, но она этого не знает и говорит слова в пустоту. Современные балерины не знают и не понимают сюжет, смотрят на героя и просто дают ему наказ, а этого не может быть!
И когда Сильфида отдает ему кольцо, которое она у него украла, – тот символ счастья, которое не у нее, ни у него уже никогда не случится, она, целуя, отпускает кольцо в никуда. Ей уже все равно, где Джеймс находится, а он должен его поймать. Этот жест мы с Улановой репетировали очень долго, ведь этот финал смысл трагедии, смысл всего разочарования.
Смысл спектакля – предательство. Сильфида злое существо, она его искусила, она его увлекла, а он поддался искушению. Он убежал со свадьбы, он предал свою невесту.