20 августа 2020 года моя жизнь перевернулась. Помню тот день очень ясно: спокойный, безмятежный, резко изменившийся в тот момент, когда мне попалось на глаза страшное видео с криками и муками Алексея. Первая мысль - отравили. Не ела целый день - не могла. Звонила в Омскую больницу, Мураховскому, писала в Минздрав, когда выяснилось, что не хотят отпускать «пациента» в Германию. Тишина. Из Минздрава ответили, только когда Алексея уже вывезли в Шарите, что-то вроде традиционной отписки. Каждый день с момента отравления я молилась за Алексея, я не находила себе места и я впервые тогда возненавидела всех, кто организовал это страшное покушение. Мне стал омерзителен режим Путина. И впервые тогда сильно захотела уехать из России, что за год осуществилось. Я писала в СК, требуя возбудить уголовное дело по факту отравления, но получила отписку. Уголовное дело, спустя год, так и не было заведено, вместо этого уничтожили серверы, хранящие записи камер видеонаблюдения в гостинице Томска, откуда уе