Лето пока ещё, август;
держатся листья за ствол.
Плавает дым тугоплавкий,
трётся боками о стол.
Яблочный дух перемешан
с кислым дыханием слив,
метки, зарубки и вешки,
выводок птичий криклив.
Осень на подступах к саду,
пенится браги рассол.
Время плодовое – падать
в бабий цветастый подол.
1.
...Марина наблюдает голубей,
жара такая, что располагает
к сонливым состояниям.
левей
её плеча обосновалась стая
воркующих, и более того –
им знойный день – достаточная скука...
подвержено рефлексам большинство
в преддверии грозы.
иного стука,
казалось бы, уставшим не постичь,
расплавлен воздух;
пыльная облава,
как пелена, скрывающая дичь,
от медленно плывущей кошки справа...
2.
...что голубям людской озноб,
и недоверие, и страхи;
ладонь, ответившая «хлоп»
пустой безделице.
на плаху,
несущим каждому себя,
увы, к себе не возвратиться.
свет поднимается, клубясь,
на головой клюющей птицы,
и золочёное зерно
пыльцой на лапках оседает,
где жизни равенство дано,
как соразмерность с певчей стаей.
и милосердие, и такт,
созвучный музыке и Богу:
всего движение, и взмах,
и август просится в дорогу...
Пора лояльности плодов,
по подбородку сок стекает.
Не слышным время подошло,
став незначительной деталью
на фоне круглого стола,
оса увязла в винограде.
Смешно тебя не целовать
на солнцем залитой веранде.
Созрело лето и горчит,
почти становится болезнью,
зажатой бабочкой в горсти –
последней в августе,
последней,
где выжат свет на мой живот –
половозрелое бесчинство.
Голубоглазое тепло
течёт по ветке материнской...
Ладонь оглаживает бок,
урок по памяти усвоен,
но так легко и хорошо,
что всё закончится
любовью.
Август, настроение в ажуре,
шалый ветер гонит облака;
привыкай, дружок, к температуре
несколько иной.
Исподтишка
осень нахлобучит сверху тучи
и надует щёки – просто так!
Всё бы ей у рощ листву канючить,
нагоняя серый полумрак.
Знаешь, бесполезная забава –
рисовать фигуры на песке;
дождик проведёт рукой шершавой,
словно с ним давно – накоротке.
Словно позволяешь всё, что хочет
делать, изменяя дни твои;
хлопать по плечу и ставить точки
надо всеми буковками "и".
Сбивая пыль, не чувствуя подвоха,
несётся август между городов.
До следующих выдоха и вдоха,
пока в просветы пенных облаков,
растягивая лето, смотрят люди
и, опрокинув головы назад,
по дереву стучат:
– Зимы не будет!
Ну, разве только лёгкий листопад.
И шепчутся, и молятся, как дома,
не веруя в осенний беспредел;
где времени ушедшего симптомы
никто в себе самом не разглядел.