Я улыбаюсь при воспоминании, как меня к детства называли сильным человеком.
Потому что: а) у меня не было выбора, кроме как, сжав зубы, терпеть; б) моя психика к 17 годам была настолько расшатанной, что я взрывалась по любой мелочи или превращалась в тайфун. Взрывалась я лет до 28, к слову.
Не очень умным людям со стороны казалось, я сильна. И мне, разумеется, тоже так казалось. Умные же помалкивали и старались держаться подальше.
Мудрые сочувствовали, но мне было их не понять. То, что я тогда - и большинство из нас в своих ситуациях - считала личной силой, было просто высоким уровнем энергии, которая фигачила, как сломаный фонтан. Потом я сильно устала, и фонтан как-то сник. А панцирь нечувствительности, который я носила какое-то время, сыграл со мной злую шутку: я стала неповоротливой по жизни и закостенела на старых уровнях.
И мне пришлось проделать серьёзную работу, прежде чем я выправила эту ситуацию и вывела свою жизнь на другие рельсы. На самом деле, чем бо