- Даша, а у тебя тут ошибка", - Зося подошла и провела мордочкой по моей руке, держащей компьютерную мышь.
- Где?"
- В твоей предыдущей и единственной пока статье.
- Вроде, всё внимательно проверяла. Что не так?
- Ты неверно процитировала Иосифа Бродского: у тебя вместо "абсурда" - "хаос".
Посмотрела - и правда: "хаос". Вот так, стараешься, пишешь, проверяешь - а потом приходит кошка и тычет тебя носом в твои оплошности. Как любительница точности, я опечалилась.
- И как теперь быть?
- Прочти эти стихи вслух пред камерой, как читаешь нам.
- Нет, не хочу портить любимые стихи своим бездарным исполнением.
- Тогда напиши статью о том, как ты любишь Бродского.
- Ты отредактируешь?
- Ну, если будет время.
Смотрю на хвостатую с недоумением:
- Чем же ты так сильно занята?
- Наблюдаю жизнь с балкона и из окна. Читаю запахи. Слушаю звуки. Размышляю, вспоминаю. Сплю, ем, умываюсь, пользуюсь лотком, точу коготки, играю с Урсулой. А ещё - молюсь, чтобы Бог не оставил нас троих за твои грехи. Мы-то безгрешные. Мы - прямиком в райские кущи. А тебе - отдуваться за всё, что здесь наворотила".
- Господи, почему я не родилась кошкой?
- Так ты напишешь о Бродском?..
...Я всегда дружила с поэзией. Мама, учительница, музейный работник, очень любила книги, знала множество стихов наизусть. Бывало, читала их мне в качестве колыбельной. Пушкина, конечно же. Лермонтова, Некрасова, Тютчева и других. Я слушала заворожённо, навострив ушки, скользя задумчивым взглядом по потолку, мебели, книжным корешкам, личикам кукол, и так засыпала.
Детство с книжкой, юность с книжкой, молодость с ней же. Тогда в основном - проза: сказки, рассказы, романы. И словари - в доме их было много.
С возрастом (лет в 35) потянуло на стихи. "Золотой век", "Серебряный век", современные поэты - читала всё подряд, как будто искала что-то. Как вилка ищет розетку, чтобы по проводам побежал ток. Многое нравилось. Даже очень нравилось. Но всё отошло на второй план, когда в руки попал томик Иосифа Бродского.
"Мокрая коновязь пристани. Понурая ездовая / машет в сумерках гривой, сопротивляясь сну. / Скрипичные грифы гондол, покачиваются, издавая /вразнобой тишину..." "Венецианские строфы". С них всё и началось.
Простые, понятные слова, спокойная интонация. Но читаешь, и тебя как будто обнимает ласковыми руками - белыми, холеными руками знатной дамы сама прекрасная Венеция. Такая отчаянная!.. Такая хрупкая, уязвимая, беззащитная перед тяжелой массой воды...
"За золотой чешуей всплывших в канале окон -/ масло в бронзовых рамах, угол рояля, вещь. / Вот что прячут внутри, штору задёрнув - окунь! / жаброй хлопая - лещ! .. / ...Как здесь били хвостом! Как лещами вИлись! / Как, вертясь, нерестясь шли косяком в овал /зеркала! в епанче белый глубокий вырез как волновал! / Как сирокко лагуну..."
В этом стихотворении много музыки, моря, истории, красоты. И благодарной нежности к этой красоте - за то, что она есть.
Поэт смотрит на мир очень зоркими, внимательными глазами. Замечает и фиксирует интересные детали. Находит для этого самые точные слова. Сколько народу там перебывало! Всё то же самое видело, слышало, чувствовало. И прошло дальше. А он взглянул - и это осталось на века.
"О, девятнадцатый век! Тоска по востоку! поза / изгнанника на скале!
"и как лейкоцит в крови / луна в твореньях певцов, сгоравших от туберкулёза, / писавших, что - от любви..."
"...От нечаянной встречи под потолком с богиней, сбросившей всё с себя, кружится голова..."
"Так подбирает гребни, выпавшие из женских взбитых причёсок, для дочерей Нерей...
У меня от всего этого словесного, образного великолепия просто снесло крышу. Захотелось выучить наизусть!!! Как многим женщинам нравится носить что-то красивое драгоценное, на пальцах, щиколотках, в ушах, мне захотелось носить это красивое филигранно сплетённое из слов, в своей памяти. Распечатала на листе бумаги и учила в пути. Понравилось.
Дальше была "Лагуна" - стихотворение того же автора, о том же городе. Оно о Рождестве - "без снега , шаров и ели, у моря, стеснённого картой в теле". О водной специфике города, где вместо вола -фиш, вместо традиционного праздничного гуся...
...Лещ. Где"звезда морская в окне лучами штору шевелит, покуда спишь..."
Стихотворение об одиночестве - "человека в плаще", потерявшего "память, отчизну, сына". О времени - которое "пряча лицо, но спиной пленяя, ... выходит из волн, меняя стрелку на башне..."
Благодаря Иосифу Бродскому, Джакомо Казанове, Томасу Манну и другим очевидцам адриатической красоты, у меня есть своя Венеция.
Хотелось бы, конечно, увидеть своими глазами, дотронуться, вдохнуть... А вдруг?.. - кончики пальцев рук и ног сладко заныли от возможности встречи с городом грёз!..
...Настоящая она, может быть, не так хороша, как мечта... Толчея туристов, суета, сувениры, разноголосица, вонь от воды, пыль, шум, грязь...
Очень люблю Иосифа Бродского. С ним - интересно: читаешь стихотворение - как будто роешься в волшебном ларце, где прекрасное множество разных интересных, красивых вещей. То, гребень морской нимфы. То пущенная ко дну створка моллюска. То купола храмов, похожие на водянистые тела медуз. То звон "венецийских" церквей - "как сервизов чайных".
То, летящая сквозь века, улыбка крылатого льва на "охваченной ветром, как платьем, башне..."
Вот так. Собиралась писать о реальности - о своей героической борьбе с трудностями. О славных достижениях, о набитых шишках. А сама: "волшебный ларец".
Вообще, по правде сказать... Ну не глядят глаз вперёд и прямо!!! Слишком там холодно и страшно... Куда отраднее смотреть по сторонам. Назад, вверх, вглубь... Пока возможно.
"...Посредине абсурда, ужаса, скуки жизни / стоят за стеклом цветы, как вывернутые наизнанку / мелкие вещи - с розой, подобной знаку бесконечности из-за пучка восьмёрок, /
...с колесом георгина, буксующим меж распорок, как расхристанный локомотив Боччони, /
...с танцовщицами-фуксиями и с ещё не / распустившейся далией. Плавающий в покое / мир..."
Мне кажется, что человек, находящийся в таком отношении со словом, в каком находится с ним Иосиф Бродский, несмотря на все перипетии его жизни - очень счастливый человек. А как же иначе, если ты так классно пишешь стихи?!.
...А ещё мне кажется, что эти цветы - мы! Мы - в лучшие моменты нашей жизни. В те моменты, которые остаются на самых счастливых наших фотографиях - свадьбы, путешествия, игры с детьми, общение с близкими, с друзьями и т п. Вообще, их краски нежность, аромат - всё лучшее в нас.
Господи, помоги нам всем, кому нужна помощь!..
Вот и определилась сама собой целевая аудитория: оказывается, я пишу... для Него!
Как привыкла обращаться к Нему постоянно в мыслях, так теперь обращаюсь посредством ноутбука. Мысль летучая, а текст материальный. "Ты погляди, ты погляди, ты погляди, не осталось ли что-нибудь после меня!" - пропела я громко вслух. (Кто помнит и любит кинофильм "Вам и не снилось", узнали песню). Разбудила Зосю. Потянулась кошка, поглядела спросонья в текст, сощурила зелёные глаза:
- Что за бред? Ты думаешь, Он заглядывает в Дзен?
- Я думаю, Он слышит наши обращения в любой форме. Будь то молитва (по "Молитвослову" или своими словами). Будь то доброе дело, добрая мысль. Будь то стихотворение, рисунок, фильм, пост в Инстаграм, статья в Дзен. И наверняка подписан на многих авторов. Будь то просто отчаянный вздох в ночи.
- Ты переутомилась.
- Да не спалось. Обдумывала эту статью.
- Всё равно, её, как и предыдущую, кроме нас никто читать не станет.
- Я сказала тебе про первичную целевую аудиторию. Может быть, дочитает Боженька, поставит лайк, подпишется... Проверь, пожалуйста ошибки, кошк".