Во время своего западного похода монголы встретили только два каменных замка западного типа. Первой была хорватская крепость Клис, второй – цитадель тогдашней венгерской столицы Эстергома. Каждую из них они так и не смогли взять, и европейские хронисты сообщили нам, что снаряды метательных орудий просто разбивались о мощные стены.
На Ближнем Востоке монголы взяли сотни замков, но там к их строительству был кардинально другой подход. Защищенные города этого региона возникли много столетий назад и имели чудовищно огромное население по меркам того исторического периода. Поэтому их стены строили из необожженного кирпича, и они были весьма протяженные. Пробить их не составляло особого труда, да и атаковать можно было в любом месте.
Европейские замки были малы, но стояли в 10-20 километров друг от друга. Из-за меньшего размера имелась возможность возводить их из цельного камня. По этой причине сломать стены было очень непросто, и восточная техническая мысль в середине 13-го века была далека от этой цели.
Построить большое количество замков позволяла высокая плотность населения и сложный рельеф местности – леса, реки, горы. Больше всего замков было в Испании – из-за близкого соседства с маврами местная жизнь представляла из себя череду набегов и контрнабегов. Там они стояли буквально в каждой деревне. В Германии и Франции 13-го столетия были сотни замков, в Англии, Италии, Чехии и скандинавских странах – десятки.
Массовое строительство замков началось в 10-м веке, когда процесс феодального распада европейских государств достиг критической точки. Никакой власти не было, и каждый мелкий дворянчик стремился стащить в кучу груду камней, чтобы никто из соседей не мог потрогать его за мягкое место. Большое количество рабочих рук и постоянная военная угроза давали возможность это сделать.
С другой стороны, феодализация Киевской Руси никогда не достигала такой степени. Лествичное право предполагало, что князь начинал свою политическую карьеру в одном городе, а по мере ухода из жизни его старших родственников передвигался все в более выгодное место. Строить себе каменную резиденцию не имело смысла – буквально в любой момент ты мог переехать. И самое главное – от этого не откажешься. Допустим, ты правишь в захолустном Пронске, а тут вдруг тебя зовут в целую Рязань!
Когда появился принцип «каждый да держит отчину свою», лествица продолжала действовать. Только уже в рамках удельных княжеств: Смоленского, Владимирского, Галицкого Черниговского и других.
Когда московские князья приобрели достаточную силу, они просто решали конфликты по своему усмотрению, а земля не была ни в чьей собственности. Любого дворянина могли отозвать из одного региона, отнять владения и предоставить землю в другой местности. Стимула для каменного строительства не имелось, да к тому же, Русь была обделена горами, и необходимый материал было неоткуда взять. А небольшая плотность населения препятствовала быстрому строительству.
А что касается вопроса, на который поставлен в заглавии, я бы на него ответил так. Генуэзские крепости, возведенные на территории Крыма, татары так и не смогли взять. В 1346-м году великий хан Золотой Орды Джанибек, разъяренный тем, что его метательные орудия не берут крепостные стены Кафы, приказал своей армии кидать туда зачумленные тела павших воинов. Именно от этого в Европе потом началась чума.
Много таких крепостей русские князья по указанным причинам вряд ли бы построили. К тому же Русь, ближайшая соседка Орды, по этой причине подвергалась регулярным набегам. К тебе могли прийти в первое лето, во второе лето, в третье лето – и так десять лет подряд. Рано или поздно силы сопротивления истощились бы. Русь ведь – буквально степь. В отличие от Европы, монголы могли туда вторгаться сколько угодно.
Главное в крепостной войне было лишить еды людей и лошадей, и сотни европейских замков прекрасно удовлетворяли этой цели. При нападении можно было все стащить в одну из крепостей и заморить противника голодом. А у нас фураж для лошадей всегда был в шаговой доступности, население было раскидано по огромной территории – ну и зачем тогда нужны замки?